Читаем Гайдзин. Том 1 полностью

Почему, черт побери, Тайлер Брок нагоняет на меня такой ужас, даже сейчас? Я мог понять это, когда был маленьким, но сейчас Тайлер ненамного выше меня ростом, хотя все такой же урод: лицо грубое, постоянно сквернословит, огромный живот торчит, а единственный глаз всегда налит кровью. Какое это имеет значение? В Гонконге полно таких, как он, многие даже уродливее. Многие такие же враги. Но они не пугают меня. Он всегда был нашим врагом, и нам всякий раз удавалось держать его в узде – удавалось Дирку, моему отцу, удавалось матери, удается до сих пор, и я тоже должен… Господь Всемогущий, я ненавижу этого сукина сына за все то горе, что он причинил матери и нашей семье.

Он глубоко вдохнул и сосредоточился на «Океанской Ведьме».

– Она должна сняться с якоря не раньше, чем через два дня.

– Слухи говорят иное.

– Но почему? Зачем ей понадобилось так быстро оборачиваться?

– Не знаю, только слухи, вроде бы верные.

– Это мы скоро узнаем. Всего доброго! – Малкольм выкинул из головы дурные предчувствия и двинулся дальше. Перед ним высилась фактория Струанов, а позади нее был виден шпиль церкви Святой Троицы. Он посетил раннюю службу сегодня утром и помолился за Анжелику и за то, чтобы силы вернулись к нему, после чего почувствовал себя лучше. Но пусть Бог проклянет всех Броков на веки вечные, даст мне поскорее убить Норберта и…

– Тайпэн!

Вздрогнув, он пробудился от грез и оглянулся. Филип Тайрер спешил к нему от британской миссии.

– Извините, но мы все просто хотели справиться о здоровье мисс Анжелики?

– Чудесно, она чувствует себя чудесно, – ответил Малкольм. Теперь, за спиной Тайрера, он увидел сэра Уильяма, который наблюдал за ним из окна на первом этаже. Он махнул тростью и неловко задрал руку с торчащим вверх большим пальцем, министр махнул ему в ответ. Как раз перед тем как сэр Уильям отошел от окна, он заметил рядом с ним фигуру еще одного человека. – О, это ваш ручной самурай, Накама?

– Кто? Ах да, да, это был он. С ней действительно все в порядке?

– С ней все очень хорошо, благодарю вас.

– Хвала Создателю за это, мы все перепугались насмерть! – Филип Тайрер просиял. Здоровый, румяный, сильный, он возвышался над Струаном, но только потому, что тот теперь ходил и стоял ссутулившись. – Вы и сами выглядите гораздо лучше.

– Хотелось бы, чтобы это было правдой, Филип. – Вдруг Малкольма кольнула зависть, и он спросил резко: – Я слышал, Накама рассказывает вам много всякой всячины, вам и сэру Уильяму?

Улыбка на лице Филипа погасла.

– Да, пожалуй, да.

– Договоренность была такая, что вы должны держать Джейми и меня в курсе. Насчет всего. А?

– Ну-у… да, да. Но сэр Уильям… он пытается выяснить политическую обстановку в Японии, и…

– Государственная политика и бизнес – это как две перчатки из одной пары, Филип. Может быть, вы заглянете к нам завтра, перед обедом? Я бы с удовольствием узнал нечто новенькое. – Он натянуто улыбнулся. – Будте добры, передайте сэру Уильяму мои наилучшие пожелания, увидимся завтра.

Он захромал по улице, злясь на себя за желчный тон, до смерти уставший передвигаться таким образом, потом начал подниматься по лестнице фактории в свои апартаменты. Его спина и живот тревожно ныли. Не больше, чем обычно, с раздражением подумал он, и это не причина, чтобы набрасываться на Филипа. Он просто хотел быть любезным. Ну да ладно, немного эликсира А Ток, и я снова буду в полном порядке. Приглашу Филипа на ужин и…

– Тайпэн!

– О, привет, Джейми. – Малкольм остановился на середине лестницы. – Ты слышал, что «Океанская Ведьма» отправляется раньше срока? Возможно, с вечерним отливом сегодня.

– А! А я как раз собирался сказать тебе об этом. До меня дошли слухи, я попробовал выяснить у Норберта, но он сейчас занят. Как Анжелика?

– Прекрасно, – рассеянно ответил Малкольм. – Нам следует подготовить почту к отправлению на тот случай, если «Ведьма» и правда сегодня выйдет в море.

– Все будет готово. Я заберу твои письма сразу же, как только узнаю, что слухи подтвердились. – Джейми нахмурился, заметив, как Малкольм растревожен чем-то.

Пошли кого-нибудь к Анжелике, у нее тоже есть почта. – Ее письмо к его матери, которое писалось и переписывалось, пока оба они не остались довольны. Хорошее получилось письмо, подумал он.

– Она действительно была в порядке, тайпэн?

– Обворожительна. – Малкольм улыбнулся, на миг забыв о боли, забыв о «Ведьме». Она выглядела так великолепно, лежа в кровати, свежая, хотя и несколько бледноватая, веселая, внимательная и такая довольная, что он пришел. – Она сказала, что завтра к вечеру встанет на ноги, Джейми. Почему бы нам не устроить роскошный ужин, здесь, а? Мы и, скажем, Дмитрий, Бабкотт, Марлоу, если будет свободен, и Паллидар, они оба славные ребята, хотя и увиваются за ней как щенята.

– Как насчет Филипа и сэра Уильяма?

– Филип да, но без сэра Уильяма… нет, лучше вычеркнуть их обоих. Как насчет графа Сергеева, он умеет развеселить компанию?

– Если ты пригласишь его, то тогда непременно придется приглашать всех министров – в этом случае, сэра Уильяма за дверью, пожалуй, не оставишь.