Читаем Гайдзин полностью

«Через полчаса меня ждет у себя сэр Уильям. Эти швейцарцы действительно умеют делать хронометры лучше, чем мы. Куда, дьявол его подери, запропастился Накама? Неужели он удрал? Он должен был вернуться еще несколько часов назад. И какого черта понадобилось от меня сэру Уильяму? Дай бог, чтобы он не узнал о моем секрете. Надеюсь, он просто хочет, чтобы я переписал еще какие-нибудь депеши. Проклятье на мой почерк, надо же ему было оказаться лучшим во всей миссии, я ведь вроде бы должен работать переводчиком, а не клерком! Черт, черт, черт!»

Он устало поднялся, прибрался на столе и начал мыть руки в тазу, оттирая тушь с пальцев. Стук в дверь.

– Войдите.

Позади Хираги стояли сержант в алом мундире и солдат, оба со штыками на ружьях, оба злые. Хирага был весь в синяках, растрепанный, с серым от гнева лицом и почти голый, шляпа пропала, тюрбан пропал, кимоно превратилось в лохмотья. Сержант толкнул его вперед, держа штык наготове, и отдал честь.

– Мы поймали его, когда он лез через стену, сэр. Ну и пришлось же нам повозиться, пока он утихомирился. У него пропуск, подписанный вами. Он настоящий?

– Да-да, настоящий. – Ужасаясь случившемуся, Тайрер шагнул вперед. – Он наш гость, сержант, гость сэра Уильяма и мой. Он учитель японского.

– Учитель, вон как? – хмуро буркнул сержант. – Ну что же, скажите этому сукину сыну, что учителя не лазят через стены, не пытаются удрать, не носят волосы как у самураев, не пугают честных людей и не дерутся, как целый выводок уличных котов: у одного из моих людей сломана рука, а у другого – нос. Поймаем его за этим делом еще раз, уж не будем так церемониться.

Оба солдата вышли, тяжело топая сапогами.

Тайрер закрыл за ними дверь, бросился к буфету и принес стакан воды:

– Держите.

Хирага покачал головой, его душил гнев.

– Пожалуйста. Может быть, вы хотите саке или пива?

– Ийе.

– Пожалуйста… э-э… садитесь и расскажите мне, что произошло.

Хирагу прорвало, и он начал скороговоркой объяснять ему на японском.

– Гомэн насай, ингэ’риш додзо. – Извините, пожалуйста, по-английски.

С усилием Хирага перешел на английский и, кипя от злобы, с долгими паузами между словами рассказал:

– Много стразник на ворота и мост. Я ходить через бо’рото, ходить через воду, через стену. Эти солдаты виде’ри меня. Я стоять, пок’раница, сунуть руку за пропуск, они бросать на зем’ря. Драца, но очень много. – Потом хлынул еще один поток японских проклятий и обещаний отомстить.

Когда он умолк, Тайрер произнес:

– Мне очень жаль, но вы сами виноваты… – Он невольно дернулся назад, когда Хирага круто повернулся к нему. – Прекратите это! – сердито сказал он. – Этот солдат был прав. Самураи пугают людей! Сэр Уильям говорил вам, чтобы вы были осторожны, я тоже. Мы же просили вас быть осторожным.

– Я был вежлив, делал только то, что было правильно! – возмутился Хирага по-японски. – Эти невоспитанные обезьяны напали на меня, я собирался достать пропуск, его было трудно найти. Обезьяны, я убью их всех!

Сердце Тайрера бешено колотилось в груди, он ощущал во рту сладковато-горький привкус страха, поднявшийся туда из самого нутра.

– Послушайте, мы должны решить эту проблему вместе, быстро. Когда сэр Уильям услышит обо всем этом, он может вышвырнуть вас из Поселения! Вы и я должны решить это, понимаете?

– Ийе! Что такое «рисыть», паза’рста?

Тайрер с радостью услышал «пожалуйста» и постарался совладать со своим страхом. Ясно, что этот парень так же опасен, жесток и горяч, как любой самурай в Японии. Хвала Создателю, что он не вооружен.

– «Решить» означает «прийти к пониманию». Мы должны решить эту проблему, должны, вы и я, решить, как сделать, чтобы вы жили здесь спокойно. Понимаете?

– Хай. Со дэсу ка! Вакаримасу. Тайра-сан, я, мы рисыть проблема. – Хирага обуздал свой гнев. – Паза’рста, что предлагать? Пропуск нет харосый д’ря со’рдат. Рюди, который меня видеть, ненавидеть. Как рисыть этот де’ро?

– Во-первых… во-первых, есть добрая старая английская традиция. На тот случай, когда приходится решать трудную проблему. Мы пьем чай.

Хирага недоуменно посмотрел на него. Тайрер позвонил в колокольчик и приказал Чэню принести чаю. Чэнь, Бой Номер Один, окинул Хирагу недоверчивым взглядом; прежде чем войти, он спрятал за спиной грубый тесак.

Пока они ждали, Тайрер вернулся за свой стол и с серьезным видом уставился в окно. Он отчаянно жаждал услышать от Хираги о Фудзико, но был слишком хорошо воспитан, чтобы прямо задать столь щекотливый вопрос. «Черт бы побрал этого парня! – думал он. – Накама должен был бы сам обо всем рассказать, зная, как я тревожусь и переживаю, а не заставлять меня ждать. Нужно научить его вести себя по-английски, нужно научить его держать себя в руках, солдаты были совершенно правы. Нужно сделать из него английского джентльмена. Но как? А тут еще этот чертов Джейми, который оказался дьявольски умен!»

После завтрака он отправился вместе с Макфеем в его контору, где его уговорили выпить рюмочку коньяка, а потом, буквально через несколько минут, он обнаружил, что выложил шотландцу все, что знал.