Белому мышонку стало неловко, он отвёл взгляд в сторону и хотел пролепетать что-то невнятное, но мастер заметив это перебил его. Он передал бумаги из рук Писку и попросил его раздать их всем начинающим инженерам. Когда Мастер и Зефир остались вдвоём, в кабинете повисла тишина.

— Пришёл, чтобы отстраниться от обидчиков? — вдруг заговорил Мастер.

— Я не знаю как. — начал Зефир, но сразу осекся, подумав что Мастера не могут интересовать такие проблемы. Он заговорил более убедительно. — Мне хочется обучаться всему, чтобы стать, таким как вы! — воскликнул Зефир.

— Таким как я? — задумчиво повторил Мастер. — Так невозможно! Видишь какой я? — куском полотна он вытер чёрное пятно с пуза и подошел ближе к гостю.

Зефир так и ахнул. Он не ожидал что окрас мастера это всего лишь угольное пятно. Более того, все отличия от мышат стали еще заметнее. Его мордочка не была вытянута, и лапки были длинными.

— Мой род уходит далеко в корни древних хомяков. — начал свой рассказ Мастер. — Я жил в этом доме вместе со своей семьей, пока ураган не разделил нас. Все сбежали, а я остался в подвале под завалом. До сих пор не люблю это место. — рассказчика незаметно передернуло. — Но потом пришли семьи мышей, и поселились здесь, за ними ещё и ещё. Перед домом было большое поле пшеницы, и запасы еды не иссекали некоторое время.

Мастер задумался, остановил свой рассказ и устремил внимание к новому знакомому. — А ты, как оказался здесь? На мышонка ты не похож. Где твоя семья?

Зефир даже оскорбился такой прямотой. Ладно мышата во дворе, говорили ему гадости, но чтобы взрослый мастер напрямую спрашивал о происхождении, в котором малыш и сам не был уверен, это уже наглость! Он молчал в ответ добрых пять минут. Когда Мастер издал громкий вздох и уже хотел нарушить неловкое молчание, Зефир вдруг заговорил.

— Я мышонок! Просто немного больше других, вот и все! Вся моя семья чистокровные мыши, я мало чем от них отличаюсь! — заявил он гордо, но почему-то сам засомневался в сказанных словах.

— Приношу свои извинения! — сдерживая улыбку произнёс Мастер. — Не хотел ставить под сомнение твоё происхождение, тем более когда тема не из простых. Скажу в оправдание одно: когда ты разглядел меня поближе, на лице заметно было удивление и сомнения, по поводу моего вида, вот точно такие же чувства возникли и у меня.

Оба больше не возвращались к этому разговору. Мастер сначала направил новичка в цех сборки урожая, но затем передумал и оставил его своим личным помощником. Зефир не выпускал услышанного из головы, все время раздумывая над тем, что если Мастер оказался иного происхождения, и больше похож на обитателей дома, тогда свою родословную предстоит еще долго разгадывать, или смириться с тем, что мышата во дворе были правы.

Мышонок Писк помогал другу во всем, особенно обходить стороной всех этих учеников зазнаек. Каждый так и норовил обидеть маленького Писка, что уж там говорить о большом новичке Зефире. Пару раз он услышал колкости в свой адрес, но пропустил их мимо ушей, как и привык это делать. Вечером, после работы, все ехали на поезде по домам. На этот раз Зефир сидел вместе с мышонком не в самом последнем вагоне.

Вся семья стала расспрашивать Зефира, как только он вернулся домой, о том как прошёл его день, чему он научился у Мастера, и какой же там наверху воздух? Но он так устал, что просто лёг спать.

Изо дня в день все повторялось, Зефир ездил к мастеру, вместе с Писком, который постоянно говорил о какой-то книге и о своей бабушке. Но мысли Зефира настолько были увлечены его происхождением, что он только и думал, как бы начать разговор с родителями и все выяснить. А что если они ничего не знают?

— Зефир, тебе обязательно нужно увидеться с моей бабушкой! — наконец-то вставил мышонок Писк и убедившись что друг его слушает, продолжал. — В конце дня приглашаю тебя в гости. Отказ не принимается!

Так вот она, правда!

Мастер не отпускал Зефира, и дал достаточно работы, чтобы тот мог получше узнать инженерное дело. Он чертил с нуля чертежи паровой машины, и объяснял место каждой детали, в то время как ученик внимательно слушал его слова и запоминал.

— Знаешь какой раз я начинаю с нуля эти чертежи? — мастер не отвлекаясь от работы загадочно начал разговор.

— Не имею представления. — признался ученик.

— Это уже десятый, юбилейный чертёж. И по каждому из них была построена машина, вот только ничего не получается. — огорченно мастер подвёл итог. — Всегда не хватает чего-то важного, и когда переделать не получается я начинаю сначала.

— Мастер, вы пробовали звать на помощь команду? — робко поинтересовался Зефир.

— Они всего лишь мои ученики, вряд ли могут посоветовать что-то дельное, так как почти не понимают как создавать чертежи. — Мастер тяжело вздохнул и продолжил вырисовывать очередную деталь.

Зефир лишь покорно слушал и больше не вмешивался со своими советами. Он запоминал, что говорит Мастер, и даже тихонько перерисовал чертёж на небольшой лист бумаги.