Читаем Футурология полностью

Вот как выглядит это будущее. Россия занимает оба полушария мира, Москва слилась с Петербургом. Люди питаются газами, недостаток ресурсов восполняется поставками с Луны. Лошади вымерли, основным транспортом являются аэростаты. Земле угрожает падение кометы, тепло закачивается на экваторе и по трубам пересылается в более холодные районы. Изобретена «книга, в которой посредством машины изменяются буквы в несколько книг», ученые страдают от информационной перегрузки. Описан даже аналог современного «Живого Журнала» — онлайн-дневника.

Следующую важную футурологическую модель мы находим в работах Карла Маркса. Его представление о будущем содержит как элементы утопии, так и модели. При этом модель служит путем, который связывает настоящее и будущую утопию. Этот путь состоит из определенных этапов: рабочее движение — революция — социализм.

Маркс рассматривает технологии, называемые им «производственными силами», как главную движущую силу прогресса. На каждом этапе именно технологии определяют формы собственности и как следствие — отношения между классами в обществе. Маркс также показал неизбежность циклических кризисов при капитализме по причине перепроизводства и закона убывающей отдачи от вложений.

Важная особенность марксизма — неотделимость прогноза будущего от действий по изменению будущего.

Маркс сделал правильное, основанное на экстраполяции предсказание, что в результате развития производственных сил достаточно будет нескольких процентов работающих, чтобы создать все необходимые материальные блага. Действительно, сегодня во многих европейских странах безработный может жить на свое пособие несравненно лучше, чем любой рабочий в XIX веке, и пользоваться такими благами, о которых не могли помыслить богатые буржуа.

Негативная сторона марксизма проявилась в ХХ веке, когда жестокая борьба за власть в виде революций, гражданских войн и деспотизма привела к пренебрежению ценностью человеческой жизни. Можно сказать, что сработал закон непредвиденных последствий, общий для всех футурологических исследований. Согласно этому закону любое действие может и не привести к желаемому результату, но у него обязательно будут какие-нибудь непредвиденные последствия. (Этот закон по-разному формулировался разными авторами от закона Мерфи до «Суперфрикономики» Стивена Левитта и Стивена Дабнера.)

Следующий рывок футурология совершила в конце XIX века благодаря творчеству писателей-фантастов Герберта Уэллса и Жюля Верна.

Верн в своих произведениях предсказал научные открытия и изобретения в самых разных областях, в том числе акваланги, телевидение и космические полеты. Уэллс придумал универсальное «футурологическое оружие» — машину времени, позволяющую узнать все, что будет в будущем. Фактически именно Уэллс оформил «будущее» как отдельное пространство со своими законами, куда, однако, можно попасть.

Фантасты не прогнозируют будущего, они придумывают его образы.

Развернутые метафоры, созданные авторами, далеко не всегда согласуются с реальностью, поскольку у них другая задача — развлечь читателя.

Например, описание Жюль Верном подводной лодки не было предвидением, поскольку подводные лодки тогда уже существовали, но «Наутилус» как образ затмил современные ему подводные лодки, о которых знали только специалисты.

Фантастика предложила новый способ привыкания к будущему, сумевший преодолеть барьеры скептицизма.

Художественные произведения не вызывали критического отторжения, поскольку воспринимались как выдумка авторов.

В то же время фантастика сослужила футурологии дурную службу, превратив все будущее в выдумку и нечто несерьезное.

Зарождение научной футурологии

В 1901 году Герберт Уэллс написал книгу «Предвидения: о воздействии прогресса механики и науки на человеческую жизнь и мысль», в которой изложил свое видение жизни в XX веке, вплоть до 2000 года.

Уэллс угадал развитие пригородных поселений, военное поражение Германии, рост сексуальной свободы и создание Евросоюза. А вот первый самолет, по его мнению, должен был взлететь только в 2050 году, а подводные лодки годились только для утопления своего экипажа.

В первой половине XX века вышло много книг о будущем, подобных «Предвидению...» Уэллса. Они тоже рассматривали будущее как продолженное настоящее с теми или иными технологическими усовершенствованиями, но с сохранением прежней социальной структуры. Но наряду с ними возник новый жанр модели-антиутопии.

Яркий пример таких произведений — «Закат Европы» Освальда Шпенглера, в которой автор говорит о неизбежной дегуманизации европейской культуры, о растущем техницизме как новом источнике власти.

Фантастика перебирает все возможные на данном этапе представления о будущем. Писателям позволено то, что не позволено ученым, поскольку им не нужно отвечать за несбывшиеся прогнозы. При этом влияние фантастики на сознание читателей очень велико.

Художественные произведения могут подготавливать людей к возможному будущему. Поэтому фантастика была востребована как сторонниками тоталитарного режима, так и его противниками.