Читаем Футболономика полностью

Ни один индустриальный центр мира не пережил такого бурного роста, как Манчестер. В 1800 г. это было тихое захолустье с населением в 84 000 человек, столь малозначащее, что до 1832 г. оно даже не имело представительства в парламенте. С началом промышленной революции положение в корне изменилось. В Манчестер отовсюду стекалась рабочая сила — из деревень, городов и весей по всей стране, из Ирландии и прочих государств с чахлой экономикой. К 1900 г. Манчестер стал шестым по численности населения городом Европы с населением 1,25 млн жителей — больше, чем в Москве того времени. Понятно, что большинство так называемых манчестерцев по сути были оторваны от своих корней. Неприкаянность на новом месте заставила многих прибиться к сообществу болельщиков местных футбольных клубов. Должно быть, футбол давал им чувство общности, по которому они истосковались, утратив связи со своими сельскими общинами.

То же самое происходило и в других нарождающихся индустриальных центрах Британии: мигранты-рабочие зажигались страстью к местным футбольным клубам и болели за них с одержимостью, невиданной в городах с уже сложившейся жизнью, которых не затронули быстрые перемены. В 1888 г. была основана Английская футбольная лига, и шестеро из ее основателей происходили из промышленного Ланкашира, а другие шесть — из индустриального Мидленда. Как в тот год писал Монтегю Шерман для издания The Badminton Library, «не найдется слов, чтобы описать во всей полноте популярность (футбола), которая, будучи небывалой по силе в Лондоне, поистине безгранична в больших провинциальных городах... На севере и в центральных графствах нередко бывает, что 10 000 человек платят за право посмотреть рядовую клубную игру, а в полтора раза больше народу собирается на кубковый матч». Популярности футбола способствовало и то, что в 1890-х гг. рабочим текстильной промышленности на северо-западе стали предоставлять субботний выходной — роскошь, о которой рабочий люд в других частях Британии мог только мечтать.

Все 28 существовавших на 1892 г. профессиональных футбольных клубов были родом с севера или из центральных графств. Футбол был такой же «северной» игрой, как регби. В викторианскую эпоху национальными чемпионами становились клубы из промышленных городов севера, таких как Престон, Шеффилд или Сандерленд, в то время самых богатых мест в мире. Впоследствии, когда эти города слишком одряхлели, чтобы поддерживать успешные клубы, титул чемпиона национальной лиги перешел к клубам из более крупных городов севера.

И по сей день наследие промышленной революции влияет на облик английских болельщиков. Современное население районов Большого Мерсисайда, Большого Манчестера и графства Ланкашир в совокупности составляет менее 5,5 млн человек, т.е. чуть больше 10% населения страны, тем не менее по состоянию на сезон 2009-2010 гг. в этом регионе базируются 40% всех клубов, входящих в состав Премьер-лиги. Их преимущество в том, что свои футбольные бренды они выстраивают более века. Скорее всего, репутацией самого популярного клуба в мире «Манчестер Юнайтед» во многом обязан именно тому, что этот город стал первым в мире промышленным центром. «МЮ» — единственный крупнейший местный футбольный клуб, сохранившийся со времен промышленной революции. Благодаря 43 другим профессиональным клубам, которые базируются в пределах 90-мильной зоны вокруг Манчестера, эта территория, по всей видимости, представляет собой район с самой большой концентрацией футбольных клубов в мире.

Чуть ли не все ведущие футбольные города Европы имеют схожий с Манчестером анамнез. В свое время все они пошли в рост как новые промышленные центры и интенсивно всасывали не находившее себе применения сельское население. Попадая в чуждую для себя городскую среду, бывшие деревенские жители жаждали обратить на что-нибудь свою потребность в принадлежности к социуму и избирали ее объектом футбол. Поддерживая местный футбольный клуб, они обретали на новом месте почву под ногами. Поэтому клубы в провинциальных городах значили для своих поклонников много больше и, соответственно, росли быстрее, чем столичные клубы или клубы старинных городов с давно сложившейся иерархией.

Начиная с 1994 г. компания по изучению рынка Sport+Markt исследует феномен футбольных болельщиков. В 2008 г. она обратилась к 9600 поклонникам футбола из 16 европейских стран с просьбой назвать свой любимый клуб. Первая двадцатка клубов представлена в таблице 7.1.


Таблица 7.1

Самые любимые клубы в Европе

  

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бесолюди. Современные хозяева мира против России
Бесолюди. Современные хозяева мира против России

«Мы не должны упустить свой шанс. Потому что если мы проиграем, то планетарные монстры не остановятся на полпути — они пожрут всех. Договориться с вампирами нельзя. Поэтому у нас есть только одна безальтернативная возможность — быть сильными. Иначе никак».Автор книги долгое время жил, учился и работал во Франции. Получив степень доктора социальных наук Ватикана, он смог близко познакомиться с особенностями политической системы западного мира. Создать из человека нахлебника и потребителя вместо творца и созидателя — вот что стремятся сегодня сделать силы зла, которым противостоит духовно сильная Россия.Какую опасность таит один из самых закрытых орденов Ватикана «Opus Dei»? Кому выгодно оболванивание наших детей? Кто угрожает миру биологическим терроризмом? Будет ли применено климатическое оружие?Ответы на эти вопросы дают понять, какие цели преследует Запад и как очистить свой ум от насаждаемой лжи.

Александр Германович Артамонов

Публицистика
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену