Читаем Футарк. Третий атт полностью

— На что держим пари? — деловито осведомился молодой человек.

— Какое пари? — не понял я. — Я просто хочу удостовериться, что меня грабит прославленный бандит, а не какой-то молокосос, нацепивший дедушкину шляпу и не умеющий толком сидеть в седле!

— Ну что ж, сеньор, я докажу! — гневно фыркнул он и развернул лошадь.

— Стрелок обычно атакует на полном ходу, — подсказал Педро.

— Не надо, это жестоко. Видели, какая у него нервная кобыла? — негромко ответил я. — Убьется еще, чего доброго.

— И то верно, грех на душу брать… — кивнул возница. Наш мул только ушами прядал, но с места не двигался, а вот белая лошадь приплясывала на месте. — Я еще подумал: вроде все говорят, у Стрелка вороной жеребец, послушный, а тут, сами видите…

Юноша тщательно прицелился… Грянул выстрел. Опунция, как я и ожидал, стояла цела и невредима, цветок по-прежнему красовался у нее на макушке, будто у модницы на шляпке.

— Поздравляю, вы проиграли, — сказал я. — Трогаемся, Педро. И так много времени потеряли.

— Стрелок! — пренебрежительно бросил возница, сплюнул в пыль и взял поводья. — Промазал на милю! Я вон кнутом могу с уха мула слепня снять, а этот выпалил в белый свет!

— Вот-вот, Стрелка так же нахваливали… Ну, едем!

— Нет уж, постойте! — юнец подскакал к самой повозке. В прорезях маски яростно сверкали черные глаза. — А вы, сеньор, не удивите ли своей меткостью ничтожного бандита?

— Приятно слышать, что вы осознаете свой статус, — ответил я и встал. — Надеюсь, вы сделаете скидку на мои почтенные годы и не потребуете сесть верхом? Прекрасно. Тогда я буду стрелять навскидку, по вашему сигналу. Идет?

— А что на кону? — повторил он.

— Если я выиграю, вы снимете маску, — на ходу придумал я. — Если проиграю, так и быть, отсыплю вам десяток песо на бедность, а то у вашей доходяги уже мослы наружу торчат!

Он вспыхнул, но промолчал. Вблизи и впрямь было видно, что лошадиные бока напоминают стиральную доску, да и вообще кобыла выглядела неухоженной.

— По рукам, сеньор! — сказал он. — Приготовились? На счет три… И-и-и… Три!

Этот фокус был мне давно известен, сам сколько раз им пользовался.

Я картинно сдул дымок с дула револьвера и посмотрел на проигравшего. Меткость и твердую руку не пропьешь! Хотя нет, второе как раз пропить вполне реально…

— Ваша взяла, сеньор, — печально сказал горе-бандит и снял маску.

Физиономия у него оказалась довольно симпатичная, характерная для местных уроженцев. На вид парнишке было лет двадцать, но здесь рано взрослеют, так что ему могло оказаться и пятнадцать.

— Ты откуда такой взялся? — жалостливо спросил Педро, развернувшись на облучке. Мул невозмутимо шагал по дороге.

— Из долины, — хмуро ответил тот. Он спешился и вел лошадь в поводу. — Жили — не тужили, а тут… Был дом — не стало дома, все затопило. Мать кухаркой пошла к какой-то городской сеньоре, сестры, слава Иисусу, обе замужем в других деревнях, а мне куда деваться? Либо в рудокопы, либо в солдаты, либо на эту стройку. Тут как раз Стрелок объявился… Дай, думаю, подзаработаю, может, смогу в Техас удрать!

— Много заработал? — спросил я.

— Не особо, — фыркнул юноша. — Револьвер — это еще отцовский, с войны. Ну да его кому покажешь, те и пугаются. Не все ж такие смелые, как вы! Вот лошадь раздобыл и деньжат немного… На богатых-то не нападешь, с ними охрана, — добавил он, — а с бедноты взять нечего. Кобыла-то совсем старая, на убой вели.

— А скачет резво, — заметил Педро.

— Это она с перепугу. Так-то еле плетется, вроде вашего мула.

— Мой мул твою клячу догонит и перегонит! — рассердился возница.

— Так, угомонитесь, — попросил я. — Парень, как тебя зовут?

— Диего, — ответил тот. Что ж, я мог бы не спрашивать, тут куда ни ткни пальцем, попадешь в Диего, Хуана или Педро. Хотя поступать так не рекомендую, палец могут и отрезать.

— Есть хочешь?

— Еще бы, — облизнулся он.

— Тогда привяжи лошадь к повозке и залезай сюда. Перекуси и расскажи мне все, что знаешь о долине, стройке и… да вообще, все сплетни, какие вспомнишь, — решил я. Спина Педро выразила некоторое возмущение, но он промолчал. — Про Стрелка тоже рассказывай.

Диего не заставил себя упрашивать, а уж как обрадовался немудреным припасам…

— Про Стрелка проще всего, — сказал он, одним махом проглотив лепешку и ухватив вторую. — Появляется всадник на вороном коне. Бац-бац, охрану по кустам разогнал, денежки прихватил, знак свой нарисовал и исчез.

— Как знак выглядит, знаешь? — спросил я.

— А то. Его в Кампочите два дня с ратуши отскрести пытались, — фыркнул он. — Чем бы намалевать…

Я подсунул ему блокнот и карандаш. Диего, высунув от усердия язык, прочертил несколько линий, и я подавил желание протереть здоровый глаз (стеклянный тоже, запылился): передо мною красовалась руна тейваз. Ну да, я ведь уже думал об этом.

— Что ему нужно? — спросил я. — Слышал, он деньги и вещи раздает бедным, это так?