Читаем Фуриозо полностью

— Мы все горюем, разумеется. Я до сих пор не верю, что его больше нет. Мне нужно время, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Другие тоже в состоянии шока.

— У вас были разногласия?

— Что вы имеете в виду? Какие разногласия?

— Я имею в виду ссору у тела погибшего.

— Значит, вам что-то сказали и вы уже сделали собственные выводы.

— Будьте любезны, ответьте на вопрос.

Хелена тяжело вздохнула:

— Все реагируют по-разному на такое. Кто-то становится агрессивным. Это их способ преодолеть боль. В состоянии шока люди ведут себя неадекватно. Сами рассудите: посреди ночи на острове в шхерах случается такое. Легко впасть в панику. Особенно если потом еще приезжает полиция и начинает допрашивать всех подряд…

Хелена остановилась.

— Кто ссорился, Хелена? — спросила Эбба, воспользовавшись паузой.

Покачав головой, Хелена ответила:

— Никто не ссорился. Просто у Анны с Каролиной случилась истерика, когда они увидели Рауля мертвым. Они, наверно, вообще никогда раньше не видели покойника, не забывайте.

В отличие от тебя, подумала Эбба. Ты не впадаешь в панику при виде мертвецов.

Только темные круги под глазами говорили об усталости. В остальном Хелена Андермур выглядела очень свежо и элегантно для своих лет. События минувшей ночи на ней практически не сказались. Интересно, дело в генах или просто смерть Рауля ее не слишком тронула?

— Я должна задать несколько вопросов, касающихся вашей сестры.

Хелена выпрямилась, но волнения не показала.

— Каролина… — произнесла она, — Каролина моя единоутробная сестра. У нас разные отцы.

— Вы близки с сестрой?

— Между нами двадцать лет разницы. Когда она родилась, я уже съехала от родителей, так что меня часто просили посидеть с ней в качестве няньки.

— Это означает «нет»?

— Нет, это не так. Я просто хочу сказать, что наши отношения, если учесть такую большую разницу в возрасте, мало похожи на обычные сестринские. Но между нами существует особая связь, которая может быть только у кровных сестер.

— Связь, о которой вы говорите, не всегда так безусловна. Вот почему я спрашиваю…

Хелена перебила Эббу:

— Каролина — моя единственная сестра. Естественно, я люблю ее. На что вы намекаете?

— Я ни на что не намекаю. И не подвергаю ваши родственные связи сомнению. Я только пытаюсь составить картину взаимоотношений между людьми, находившимися на острове в последние дни.

— Мы с Каролиной слишком разные люди. Тому много причин… мы выросли при разных обстоятельствах. Я не знала моего отца. Или, точнее сказать, отец бросил нас, когда мне было два года, и с тех пор я его не видела. Нет, я о нем не вспоминаю. Я нашла в себе силы смириться с этой ситуацией. Мама растила меня одна на скромную зарплату медсестры. А когда я заканчивала гимназию, она познакомилась с Магнусом аф Мельхиором. Ему тоже не довелось сыграть роль отца в моей жизни, потому что было уже поздновато. Мы вместе обедаем на Пасху и Рождество, но я с ним общаюсь редко. Да и с мамой тоже. Всех это устраивает. Карро родилась через год после того, как они с Магнусом начали встречаться. За это время они успели пожениться и съехаться. Для моей мамы это стало началом новой жизни. Она столько страдала, а тут появляется мужчина, который хочет о ней заботиться. Мужчина, который к тому же любит ее и готов на ней жениться. Недолго думая, мама сменила фамилию Мелкерссон на благородную аф Мельхиор, над чем родственники не устают потешаться. — Хелена улыбнулась и продолжила: — Карро стала плодом их любви. Ей покупали все, что она ни попросит, и она выросла… как бы это сказать… очень избалованной юной дамой, привыкшей получать абсолютно все. Все, что доставалось мне упорным трудом, Каролине подавалось на серебряном блюде. Нет, я не отрицаю, что у Каролины есть талант. Она необыкновенно одаренный музыкант и могла бы добиться больших успехов, если бы… не вредила сама себе и другим… Но она слишком подвержена перепадам настроения…

Сделав паузу, Хелена посмотрела на Эббу, чтобы проверить ее реакцию на свои слова. Эбба смело встретила ее взгляд.

— Как реагировали окружающие — друзья, родственники — на сексуальную ориентацию Каролины?

Хелена усмехнулась:

— Так вы…

— Ей сложно было признаться родным в том, что она лесбиянка?

Хелена склонила голову набок: