Читаем Фуриозо полностью

Каролина отступила на шаг, пропуская подругу в ванную комнату. Взяв с полки полоску, Луиза поднесла ее к свету и внимательно рассмотрела:

— Одна черта…

Каролина посмотрела через ее плечо: на полоске обозначилась синяя линия, но чуть погодя медленно проступила вторая, и с каждой долей секунды синий цвет становился все интенсивнее, а контуры — все четче. Никаких сомнений в том, что линий на тест-полоске две, не осталось.

Луиза радостно вскрикнула и закружилась по комнате в победном танце. Оказавшись рядом с Каролиной, она увидела бледное как мел лицо девушки. Обняла ее и не отпускала из объятий, пока та не расслабилась и на щеках не показался румянец.

— Дорогая, я вижу, как ты нервничаешь, а ведь сегодня такой важный день! Поверить не могу, что это случилось! Ну не волнуйся, все будет хорошо. Иди в постель, а я приготовлю завтрак. Позволь о тебе позаботиться. Еще рано, мы все успеем. Я подброшу тебя на репетицию.

Каролина побрела в спальню и упала на постель. Подняла глаза к потолку… и вдруг почувствовала в теле неестественную легкость, словно душа, не желая участвовать в том, что происходило с ней, отлетела прочь. Все мысли испарились, и уже не верилось, что это именно она минуту назад с бьющимся сердцем разглядывала тест на беременность. В комнату проник дразнящий аромат тостов, но Каролина лежала неподвижно, ее взгляд был прикован к гипсовым розам, окружавшим хрустальную люстру. Солнечные лучи, отражаясь в подвесках люстры, разбегались по зеленым обоям стен, и это создавало иллюзию весеннего леса.

Постепенно Каролина обрела ясность мыслей.

Все будет хорошо. Все будет хорошо. Ведь это то, чего мы обе хотели.

Из кухни донесся голос Луизы, то переходящий в шепот, то в смех: она разговаривала по телефону.

Каролина провела рукой по телу, изучая его, попыталась представить вместо плоского живота нынешнего набухший, круглый. Зажмурившись, даже смогла увидеть маленькую девочку с кудряшками на сцене детского сада. Вот под аплодисменты растроганной публики она протягивает Каролине букет цветов. Вот Луиза прячется за кулисами. Их малышка. Конечно, это вызовет скандал в избранном обществе, но они переживут эту неприятность.

* * *

Нагруженные сумками и музыкальными инструментами, подруги спускались по лестнице. Луиза вызвалась также нести тяжелый чемодан Каролины, набитый под завязку. Чтобы застегнуть молнию, пришлось даже сесть на него. Каролина взяла четыре платья для выступлений: неприлично показываться на публике в одном и том же на разных концертах.

— Осторожно, не делай резких движений! — то и дело повторяла Луиза.

Каролина склонила голову ей на плечо, и Луиза, переложив чемодан из одной руки в другую, обняла подругу за талию.

Тайна. В ее теле скрыта их общая тайна.

Каролина усмехнулась своим мыслям и толкнула тяжелую дверь. Она собралась ухватиться за дверную ручку, но сумка выскользнула из пальцев и упала. Дальше все произошло за считаные доли секунды: Каролина нагнулась за сумкой, Луиза, не заметив этого, прошла вперед; дверь захлопнулась. Услышав вопль, Каролина резко выпрямилась и ударилась головой о подбородок Луизы. Крик боли эхом заметался по лестничным пролетам подъезда.

Каролина нервно рассмеялась и тут же умолкла: к лицу, искаженному мукой, Луиза поднесла дрожащую левую руку, указательный и средний пальцы которой начали стремительно опухать.

— Не может быть!

Луиза второй рукой коснулась прищемленных пальцев, но тут же отдернула, как от обожженного места. На смену резкой боли пришла тупая, пульсирующая. Распухшие пальцы походили на сосиски, и любое движение причиняло боль. Луиза зажмурилась, затем открыла глаза и опустила руку, из приоткрытого рта стекала слюна. Она вытерла подбородок здоровой рукой. Каролина переводила взгляд с руки Луизы на ее рот, искаженный болью, и не находила слов. Наконец спросила:

— Позвонить в «скорую»?

Луиза посмотрела на Каролину.

«Скорая» не приезжает из-за прищемленных пальцев. Но медицинская помощь все равно нужна.

Подавив раздражение от случившегося по вине девушки, она попросила:

— Отвези меня в больницу.

Каролина стала лихорадочно рыться в сумке в поисках ключей от машины. Уронила сумку, подняла, снова уронила. Встретившись глазами с Луизой, прочитала в них осуждение, как будто причиной несчастья стали ее несобранность и небрежное обращение с собственной сумкой.

Подхватив виолончель и чемодан, Каролина наконец открыла дверь, при этом дверная ручка болезненно вонзилась в кожу. А когда она пропускала Луизу в дверь, на рубашке от напряжения оторвалась пуговица и вся спина вспотела.

Оставив Луизу у подъезда, Каролина отправилась за машиной. Ей хотелось подышать свежим воздухом, чтобы прийти в себя. Красная Spitfire Луизы как нельзя кстати оказалась припаркованной довольно далеко, у Радиохюсет, поскольку на улице Нарвавэген сделать это было невозможно, а гараж ремонтировали.