Закавыка покрутила головой, но не увидела готового пирога на столе, заглянула в печку и сказала:

– Мямля, пирог ещё не спекля?

– Отчего же, м-м-м. Спёкся. Только есть его нельзя.

– Почему?

– Потому что т-ты худеешь.

– А я решила больше не худеть.

– Правильно. А то тем, к-кто худеют, должно быть худо.

– Почему?

– Ну, слово худеть наверное от с-слова худо. А худо значит плохо.

Закавыка засмеялась:

– Это что же значит, все кто худеют – плохеют?

– Выходит так! – ответила Мямля и внесла красивый румяный пирог в комнату. – А мы б-будем хорошеть!

Мямля нарезала пирог, взяла один кусок и положила на тарелку.

– А этот большой кусок пирога ты себе отрезала? – спросила Закавыка.

– Нет, т-тебе.

– Такой малюсенький кусочек пирога? – тут же заметила фруечка.

– Тебе не угодить, – засмеялась Мямля. – Кушай, м-м-м, на здоровье. Съешь этот, я тебе ещё отрежу.

– Это обязательно, потому что я буду есть с уплетанием. А что у тебя сегодня за чай?

– С м-мятой.

– А нюхается смородиной.

Глава 15 Зубная паста

Ночью у Плаксы разболелся зуб.

– Ой-ёй-ёй, – заплакала Плакса. – Зу-у-у-б-и-к бо-ли-т-т! Она выглянула в окно и увидела яркую круглую луну, которая белым светом освещала фруктовый сад. Было тихо. Все спали.

– Что же мне делать? Как это ужасно, что мы не умеем летать, – держась за щёку, сказала фруечка. – Буду считать. Может поможет.

Она стала считать вслух, но от этого, как ей показалось, боль только усилилась. Плакса села на кроватке и раскачивалась, потом ходила по комнате из угла в угол, пыталась пить тёплый чай, но ничего не помогало. Наконец наступило ранее утро. Плакса увидела первого шмеля, который ворочался после сна, разминая лапки и крылышки для полётов. Позвав его, полетела к Закавыке. Закавыка оторвала голову от подушки, ничего не понимая, и с удивлением уставилась по подругу.

– Почему ты не ложишься спасть?

– У-у-у-тро уже. У меня-я-я зу-у-убки болят! – пропела Плакса.

– Зулят бобки? И что булать дедем?

Закавыка, конечно, хотела сказать «зубки болят» и «что будем делать», но как всегда всё перепутала. Плакса села на пол и закрыла глаза и стала раскачиваться из стороны в сторону, руками держась за щёки. Казалось, она ничего не слышит и не видит.

– Ты посиди! Я сейчас сбегаю, всех позову. Только оденусь, а то я вся босая. Мы вместе что-нибудь придумаем!

Закавыка стукнулась о дверь и выбежала из домика. Плакса слышала, как подруга пытается разбудить шмеля, выговаривая ему с упрёком: