Читаем Фрикономика полностью

Почему же это происходит? Ответить на этот вопрос довольно сложно. Возможно, дело заключается в том, что школа, в которую ходит типичный чернокожий ребенок, отличается от такой же школы, которую посещают белые дети, то есть типичный чернокожий ребенок ходит в школу, которая попросту… недостаточно хороша. Даже через пятьдесят лет после вынесения вердикта по делу «Браун против школьного совета Топека» многие американские школы фактически остаются сегрегированными. В ходе проекта ECLS изучено около тысячи школ, в каждой из которых отобрано по 20 детей. В 35 процентах этих школ в выборку не был включен ни один чернокожий ребенок. Типичный белый ребенок посещает (по данным ECLS) школу, в которой количество чернокожих учеников составляет лишь шесть процентов; а типичный чернокожий ребенок в то же самое время посещает школу, в которой не менее 60 процентов учеников также являются чернокожими.

Что же означает, что школы для черных недостаточно хороши? Может показаться странным, но качество школы определяется не по тем параметрам, к которым мы все привыкли. С точки зрения числа учеников в классе, образования учителя и количества компьютеров на одного ребенка оба типа школ являются вполне сопоставимыми. Однако в типичной школе для чернокожих детей куда более часто возникают такие проблемы, как подростковые банды, подозрительные личности, околачивающиеся на территории, и отсутствие достаточного финансирования со стороны PTA[17]. Атмосфера в таких школах попросту не предназначена для успешной учебы.

От такого положения дел страдают не только черные учащиеся. Точно так же страдают и белые дети, вынужденные посещать эти школы. По сути, между белыми и черными детьми, учащимися в таких школах, не существует разрыва с точки зрения отметок. И белые, и черные дети, учащиеся в плохих школах, одинаково отстают от своих ровесников из хороших школ. Возможно, педагоги и исследователи ошибаются, когда уделяют так много внимания разрыву в средних отметках. Не исключено, что более важной проблемой может стать разрыв между хорошими и плохими школами. Оцените следующий факт: данные ECLS показывают, что черные учащиеся хороших школ ни в чем не уступают своим белым соученикам. Более того, черные учащиеся хороших школ получают отметки выше, чем белые учащиеся плохих школ.

Согласно этим данным, та или иная школа, в которой учится ребенок, может оказывать значительное влияние на степень его успеваемости. Можно ли сказать то же самое в отношении родительского труда? Насколько важно пичкать ребенка мелодиями Моцарта, адаптированными для детей? Так ли нужно бесконечно рассказывать им сказки на ночь? Было ли мудрым решение переехать в благополучный пригород? Учатся ли дети в семьях, поддерживающих PTA, лучше, чем дети, родители которых вообще никогда не слышали о PTA?

Масштабные данные ECLS позволяют выявить ряд интересных корреляций между условиями жизни ребенка и его успеваемостью. К примеру, с учетом поправки на все другие факторы становится ясно, что учащиеся из сельских районов учатся хуже среднего. Дети из пригородов находятся примерно на середине кривой, а городские дети обычно получают отметки выше средних (не исключено, что города привлекают более образованную рабочую силу, и в том числе родителей толковых детей). В среднем оценки девочек выше оценок мальчиков, а азиаты получают более высокие отметки по сравнению с белыми – при этом не будем забывать, что чернокожие участники (как мы уже установили) показывают результаты, аналогичные результатам белых учеников, живущих и учащихся в сходных условиях.

Теперь, когда вы знаете куда больше о регрессионном анализе, общепринятых убеждениях и искусстве родительского воспитания, попробуйте оценить приведенный ниже список из шестнадцати факторов. Согласно данным ECLS, восемь факторов показывают довольно сильную корреляцию (положительную или отрицательную) со школьными отметками, а оставшиеся восемь являются, по всей видимости, незначительными. Попробуйте догадаться, какие из них относятся к каждой из групп:

• родители ребенка имеют хорошее образование;

• ребенок растет в полной семье;

• родители ребенка обладают значимым социально-экономическим статусом;

• родители ребенка не так давно переехали в более благополучный район;

• на момент рождения своего первенца мать была в возрасте тридцати и более лет;

• в период между рождением ребенка и его поступлением в детский сад мать не работала;

• ребенок имел недостаточный вес при рождении;

• ребенок посещал программу Head Start[18];

• родители ребенка говорят дома на английском языке;

• родители регулярно ходят с ребенком в музеи;

• ребенок является приемным;

• ребенка регулярно подвергают телесным наказаниям;

• родители ребенка вовлечены в деятельность PTA;

• ребенок часто смотрит телевизор;

• в доме ребенка много книг;

• родители ребенка ежедневно читают ему книги.

Вот восемь факторов, которые довольно сильно коррелируют со школьными отметками:

• родители ребенка имеют хорошее образование;

Перейти на страницу:

Похожие книги

Всё и разум
Всё и разум

Знаменитый во всем мире популяризатор науки, ученый, инженер и популярный телеведущий канала Discovery, Билл Най совершил невероятное — привил любовь к физике всей Америке. На забавных примерах из собственной биографии, увлекательно и с невероятным чувством юмора он рассказывает о том, как наука может стать частью повседневной жизни, учит ориентироваться в море информации, правильно ее фильтровать и грамотно снимать «лапшу с ушей».Читатель узнает о планах по освоению Марса, проектировании «Боинга», о том, как выжить в автокатастрофе, о беспилотных автомобилях, гениальных изобретениях, тайнах логарифмической линейки и о других спорных, интересных или неразрешимых явлениях науки.«Человек-физика» Билл Най научит по-новому мыслить и по-новому смотреть на мир. Эта книга рассчитана на читателей всех возрастов, от школьников до пенсионеров, потому что ясность мысли — это модно и современно!

Билл Най

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
История целибата
История целибата

Флоренс Найтингейл не вышла замуж. Леонардо да Винчи не женился. Монахи дают обет безбрачия. Заключенные вынуждены соблюдать целибат. История повествует о многих из тех, кто давал обет целомудрия, а в современном обществе интерес к воздержанию от половой жизни возрождается. Но что заставляло – и продолжает заставлять – этих людей отказываться от сексуальных отношений, того аспекта нашего бытия, который влечет, чарует, тревожит и восхищает большинство остальных? В этой эпатажной и яркой монографии о целибате – как в исторической ретроспективе, так и в современном мире – Элизабет Эбботт убедительно опровергает широко бытующий взгляд на целибат как на распространенное преимущественно в среде духовенства явление, имеющее слабое отношение к тем, кто живет в миру. Она пишет, что целибат – это неподвластное времени и повсеместно распространенное явление, красной нитью пронизывающее историю, культуру и религию. Выбранная в силу самых разных причин по собственному желанию или по принуждению практика целибата полна впечатляющих и удивительных озарений и откровений, связанных с сексуальными желаниями и побуждениями.Элизабет Эбботт – писательница, историк, старший научный сотрудник Тринити-колледжа, Университета Торонто, защитила докторскую диссертацию в университете МакГилл в Монреале по истории XIX века, автор несколько книг, в том числе «История куртизанок», «История целибата», «История брака» и другие. Ее книги переведены на шестнадцать языков мира.

Элизабет Эбботт

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Педагогика / Образование и наука