Читаем Фрейд полностью

"Смещение и конденсация, - утверждает Фрейд, - являются двумя важнейшими операциями, которым мы обязаны главным образом формой наших сновидений", и далее уточняет: "Конденсация и смещение - два главных фактора, превращающих материал скрытых мыслей сновидения в его явное содержание". Это значит, что действие по интерпретации, обратное данному превращению, требует самого тщательного учета двух "главных" процессов, группировки, слияния многих определений, характеристик или особых черт в один образ сновидения, будь то объект, персонаж или ситуация. Операция настолько частая, типичная и широко встречающаяся, что можно сказать, что ее участие в формировании образов сновидения и особенно его лерсонажей весьма существенно. Фрейд иллюстрирует этот процесс, сравнивая его с опытом Галтона по получению - путем печати на одной фотографической пластинке нескольких лиц - "семейного портрета", изображения группы или "рода"; "объединяя в одном образе сновидения,^ - пишет Фрейд, - черты двух или нескольких личностей", удается получить "коллективную личность". По-видимому, нет сновидения, в котором на первый взгляд совершенно однородный персонаж, с явно выраженным лицом, не представлял бы группу других людей в каком-либо своем аспекте: в неуловимой или незначительной детали, в росчерке жеста, в неопределенном эмоциональном настрое, в отзвуке имени и т. д. Один из первых и неизбежных этапов исследования сновидения заключается в систематическом и наиболее полном разложении образов сновидения, чтобы постараться различить действительные ряды фигур или объектов, над которыми конденсация произвела свое могучее и властное завладевающее действие.

Ирма - первый, почти символический персонаж Исследования сновидений Фрейда служит ему иллюстрацией: в ее образе присутствует, во-первых, больная Ирма, со своими чертами, то есть представляющая себя саму; но ее положение возле окна наводит на мысль о другой женщине, которую Фрейд лечил бы с большим удовольствием, чем Ирму: дифтеритные пленки характеризуют образ старшей дочери Фрейда и его беспокойство по поводу ее болезни; но они напоминают и о больной, умершей в результате интоксикации. Фрейд выявляет и других субъектов, объединенных персонажем Ирмы: одного ребенка из приемной в больнице, другую пациентку, собственную жену Фрейда и еще "целую серию других личностей". "Все эти люди, - заключает Фрейд, - которых я обнаружил, исследуя эту "Ирму", сами не появились в сновидении; они растворились в "Ирме" из сна, ставшей в результате сводным образом, сформировавшимся из многочисленных противоречивых черт. Ирма представляет всех этих людей..." Это касается и любого другого персонажа из сна, который является как бы собирательным психологическим образом. Аналитику предстоит долгая и тонкая работа, направленная на то, чтобы обнаружить, узнать, расшифровать в распределить отдельные элементы по их законным местам и первоначальным образам.

Конденсация осуществляет с персонажами сновидения самые неожиданные, чрезвычайно показательные действия, и ни одна сторона действительности не ускользает от ее вмешательства. Пространства и объекты легко подчиняются ей. Знакомая улица, появившаяся в сновидении, может соединить в .себе другие места и пространства, близкие и далекие, встречающиеся недавно или давно. Но совершенно очевидно, что предпочтительный материал для конденсации составляют слова и имена. Фрейд, в частности, приводит "усредненный термин" из сновидения об Ирме - слово "пропилен", образованное из слова "амилен", пришедшего из скрытого содержания, и "Пропилеи", связанного с воспоминанием о Мюнхене. Он приводит и другие примеры; однажды ночью ему приснилась фраза: "Это действительно "норекдальный" стиль"" Это неизвестное слово звучало для Фрейда подобно терминам "колоссальный", "огромный" и относилось к самодовольно высказанной одним из его коллег оценке собственной работы. "В конце концов, - пишет Фрейд, - я обнаружил в этом чудовищном слове два имени - Нора и Экдал, воспоминание о двух известных драмах Ибсена. Незадолго до этого я прочитал в одном журнале статью об Ибсене того самого автора, которого осуждал в своем сновидении". Чрезвычайно показателен сон одной из пациенток Фрейда. "Она присутствует на крестьянском празднике вместе с мужем и говорит: "Все это приведет к общему Maistollmutz".

Разложение этого лишенного смысла вербального сочетания дает: mais (маис), служащий для приготовления кукурузной каши - поленты, скрыто присутствующей в сновидении, toll, mannstoll, означающее "нимфоманка", и Olmutz; "mais" напоминает Meissen, что связано с мыслью о птичке из саксонского фарфора, и Miss, англичанку, уехавшую в Ольмутц, а также mies, означающее "отвращение", "слово из еврейского жаргона, употребляющееся в шутку". Таким образом, заключает Фрейд, не пытаясь дальше продолжить анализ этого сновидения с отчетливой сексуальной окраской, "из каждого слога этой мешанины возникает длинная цепь мыслей и ассоциаций".