Читаем Франко полностью

Г ремит!

Гремит! И народы объемлет волненье:

Быть может, прекрасное близко мгновенье...

Мильоны взывают о счастье, и тучи —

Виденье грядущей эпохи могучей,

Которая мир, как весна, обновит...

Гремит!

•

Журнал Емельяна Партицкого «Заря» объявил литературный конкурс «на лучшую оригинальную повесть» из украинской жизни. За повесть назначили значительные денежные премии. Но идейно-тематическое направление было обусловлено в духе сугубо буржуазно-консервативном.

— Должна преобладать по возможности сторона идеальная, — гласили условия конкурса. — Светлые явления нашей жизни в качестве примера, достойного подражания, будут для нас самым желательным материалом.

Ивана Франко очень привлекала мысль — написать на конкурс небольшую повесть и получить премию. К тому же до него дошел слух, что Партицкий после резкого столкновения с ним теперь был не прочь помириться и привлечь его на страницы своего чахнущего от равнодушия читателя журнала.

Но как же быть с условиями конкурса? Изобразить «идеальные стороны» и «светлые явления» современной Галичины?!

Для автора бориславского цикла и галицких картинок, пожалуй, это было невыполнимо...

Однако Франко нашел выход из положения. В условиях, объявленных «Зарей», имелась «лазейка»: темы разрешалось брать «из нашей народной жизни, современной или прошлой».

И вот Франко решил изобразить «светлые стороны» далекого прошлого, чтобы еще явственнее выступило уродство современного общества.

Правда, изображая в своей повести эпоху феодализма (XIII век, нашествие монголо-татарских захватчиков), Франко в значительной мере идеализировал, приукрасил патриархальный характер общественных отношений того времени. Но в этом был для него скрытый смысл.

«Я пишу повесть историческую, — разъяснял Франко Павлику, — идеальную (в понимании характеров, хотя и реалистическую в методе письма...).

В ней я стремлюсь показать жизнь наших общин — демократическую, без начальников; и федеральную, показать борьбу элементов вече-федеральных с разрушительными княжеско-боярскими».

Хотя повесть, добавлял тут же Франко, «заключает в себе много исторической и неисторической декоративности», по его мнению, она должна была «вызвать живой интерес и у современных людей».

Повесть он назвал «Захар Беркут Картины общественной жизни Прикарпатской Руси XIII века». И с первых же строк автор настраивал читателя на сопоставление давних времен с нынешним положением в стране:

«Грустно и неприветливо теперь в нашем Ту-холье!.. Народ нищий, подавленный, печальный... Каждый заботится только о себе, не понимая того, что этим способом размельчаются его силы, ослабляется общество. Не то здесь было когда-то!.. Сказкой покажется повесть о прежних временах и прежних людях. Верить не хотят современные люди, выросшие в нужде и притеснениях, в тысячелетних цепях и угнетении.

Но мечта поэта уносится в эти прошедшие времена, воскрешает живших тогда людей... В их жизни, так не похожей на нашу, мы заметим много такого, что можно лишь пожелать и нашим «культурным» временам».

Так сразу напрямик говорит Франко о том, что героические образы вожака свободолюбивого горного тухольского племени Захара Беркута, его сына Максима и прекрасной Мирославы — это светлые идеалы борцов' за народное счастье, пример для подражания...

И вот «Захар Беркут» закончен и отослан Пар-тицкому.

За премированные повести «Заря» обещала платить по 20—25 рублей за лист, а в повести Франко было десять листов. «Надеюсь, — писал он Павли-

Львовская тюрьма «Бригидки».

Фото.

Иван Франко в молодые годы. 1881 г. Фото.

3 ВЕРШИН I НИЗКИ.

3 Ы F Н И К ПО Е 3 I И Seajia Франча.

-е>Г

ИАИЛАдО^ / ЗТОРА

Tir-

Титульная страница пер вого издания сборника

Ивана Франко «С вершин и низин».

ЛЬВ!Ь 1887.

3 /Фукаргм Товариства ire Шевчеика. ид '.лрндом К Ёедмаро.ксго.

ку, — получить премию в сумме 200—250 рублей. Из этих денег мне необходимо уплатить прежде всего хотя бы часть своих долгов, а остальное я хотел бы употребить или на помощь «Свету» или на какие-нибудь другие издания»...

Ответ от Емельяна Партицкого Франко получил через месяц после того, как послал ему рукопись, 15 декабря 1882 года. Письмо это поразило Франко.

Да, Партицкий приглашал писателя стать постоянным сотрудником в «Заре». Похоже, что он согласен был напечатать и «Захара Беркута». Лишь позже выяснилось, что издатель собирался при этом выкинуть из рукописи все места, где так или иначе воспевалась свобода, народовластие, общинный строй.

Однако за статьи и рассказы Партицкий предлагал Франко — как сам тут же замечал — «смешную плату»: по копейке за строчку. За стихи — по две копейки. А за повесть «Захар Беркут» вместо обещанной премии — о ней в письме и речи не было — пять рублей за лист...