Читаем Франклин Рузвельт полностью

Эти искренние симпатии явились не просто важным дополнением, но и существенным коррективом черт характера Рузвельта. Правда, они не избавили его от глубоко скрываемой недоброжелательности по отношению к некоторым типичным фигурам, в частности к чиновникам и боссам профсоюзных объединений. Во всяком случае, никак нельзя согласиться с Патриком Реншоу, утверждающим, что Ф. Перкинс, Э. Рузвельт и другие мемуаристы сфабриковали «мощный политический миф»^{182}. На самом деле глубокие симпатии к Франклину, которых не скрывали авторы, давали хотя и несколько идеализированное, но в целом адекватное представление об изменениях в его характере и взглядах.

Чрезвычайно важными продолжали оставаться проблемы если не улучшения физического состояния, то, по крайней мере, сохранения его в той степени, чтобы можно было активно участвовать в бизнесе и политике. Фирма «Фиделити энд Депозит» в дополнение к заработной плате предоставляла Рузвельту суммы на проведение длительных отпусков, фактически же на лечение. После заболевания Франклин перестал посещать Кампобелло. Именно с этим местом в его подсознании, наверное, связывались теперь все те муки, которые ему приходилось претерпевать. Взамен он стал отправляться в длительные зимние круизы по прибрежным водам Флориды. Именно в связи с этим установилось тесное партнерство с Джоном Лоуренсом.

Джон Силсби Лоуренс был товарищем Франклина с детства, еще с Гротонской школы. Они встречались, переписывались, правда не часто (переписка сохранилась в Библиотеке Рузвельта и была издана в специальном сборнике^{183}). Письма, в основном посвященные бытовым текущим делам, иногда затрагивали некоторые вопросы, важные для понимания взаимоотношений Рузвельта с другими видными личностями. Так, 1 мая 1923 года Лоуренс, служивший помощником министра торговли Гувера, писал: «Я слышал о тебе в Вашингтоне. Гувер сказал, что у него был хороший разговор с тобой. [Он] восхищается твоей смелостью и образом мышления, хотя сказал, что не всегда с тобой полностью согласен»^{184}.

Богатый текстильный фабрикант Лоуренс оказался любителем морских прогулок. Вместе с Рузвельтом он не раз выходил в океан. А в 1923 году, купив небольшой корабль, они назвали его «Ларуко», образовав из первых слогов сочетания Lawrence-Roosevelt Company^{185}.

На этом корабле-доме в 1924—1926 годах Рузвельт проводил ежегодно примерно три месяца. Морские прогулки вдоль цепи островов, протянувшейся от Южной Флориды между Карибским морем и Мексиканским заливом в направлении Кубы, солнечные ванны, долгие заплывы в океане, общение с приятными людьми, благожелательно относившимися к нему членами корабельной команды — всё это способствовало и дальнейшему физическому укреплению (увы, за исключением ног), и улучшению морального самочувствия. Франклин вспоминал свои детские мечты об океанских приключениях и свое руководство военным флотом в годы мировой войны. Он хотел чувствовать себя морским волком и был доволен, когда к нему обращались «капитан». Прозвище сохранилось даже в годы президентства, разумеется в самых близких кругах.

Между прочим, в числе тех, кто посетил его в этом доме на воде, был и тогдашний деятель Лейбористской партии Великобритании Освальд Мосли с супругой — дочерью известного британского политического деятеля, консерватора лорда Керзона. Вряд ли Франклин мог предположить тогда, что вскоре этот приятный молодой человек станет рьяным приверженцем Гитлера, основателем Британского союза фашистов и что сам он, уже в качестве президента, превратится в объект его яростных и грубых нападок как «коммунист», «жидомасон» и т. п., а во время Второй мировой войны его гость окажется в британской тюрьме.

Правда, среди многочисленных пассажиров «Ларуко» Элеонора бывала редко, Сара еще реже. Обе они не любили океан и предпочитали проводить время на суше. Луис Хоув не раз говорил, что с удовольствием отправился бы в путешествие вместе со своим шефом и другом, но, будучи чрезвычайно занят деловыми и политическими заботами Франклина, почти не покидал Нью-Йорка.

Постепенно Рузвельт охладел к «Ларуко». Ему надоело однообразное курсирование в прибрежных водах, корабль требовал больших расходов. Из попытки продать его ничего не получилось. В сентябре 1926 года во время урагана судно было наполовину разрушено, и его отправили на вечную стоянку на заброшенном участке берега Флориды.

Тем временем Франклин пошел на еще одно финансовое мероприятие, на этот раз в интересах собственного здоровья и в равной мере здоровья других членов семьи, прежде всего детей. Он пытался убедить мать дать ему деньги — 200 тысяч долларов — на покупку приглянувшегося ему поместья в Уорм-Спрингс (Теплые Источники), штат Джорджия. Сара предоставила только часть суммы, недостающие средства заняли у знакомых. Рузвельт не торговался — и переплатил почти вдвое.