Читаем Форрест Гамп полностью

Потом Большой Сэм приказал паре туземных женщин показать нам, где мы будем жить. Оказалось, что в травяной хижине, с грязным полом и низким входом, чем-то напоминавшей шалаш короля Лира. Около двери на страже встали два больших парня с копьями.

Всю ночь аборигены били в барабаны и пели «булабула», и через вход хижины было видно, что они соорудили большой костер и поставили на него огромный котел. Мы с майором Фрич так и не поняли смысла этих действий, но мне показалось, что старина Сью догадывается, потому что он забился в угол хижины с довольно кислым видом.

Время близилось к десяти, а они таки и не принесли нам поесть. Майор Фрич сказала, что может, я пойду и узнаю у Большого Сэма, дадут ли нам поужинать. Только я начал вылезать из хижины, как эти парни на страже скрестили копья, и тем намекнули, что мне лучше залезть обратно. И тут меня осенило, почему нас не позвали на ужин — ведь мы-то как раз и должны были стать ужином! Дело принимало дурной оборот.

Потом барабаны смолкли и звуки «булабула» тоже. Послышалось какое-то рычание, в ответ другое рычание, похожее на голос Большого Сэма. Так продолжалось некоторое время, и атмосфера явно накалялась. Когда звук достиг максимума, послышался какой-то «БАМ!», словно кто-то ударил кого-то по голове чем-то вроде доски. Барабаны ненадолго смолкли, а потом снова забили, и снова началось скандирование «булабула».

На другое утро в отверстии хижины показался Большой Сэм и сказал:

— Привет! Хорошо ли спалось?

— Черта с два! — отвечала майор Фрич. — Неужели вы думаете, что мы могли спать, когда вокруг происходит какой-то ужас?

У Большого Сэма скривилась физиономия, и он сказал:

— Извините, мне очень жаль. Но, видите ли, после того, как ваш экипаж упал с неба, мой народ ожидает какого-то подарка. С 1945 года мы ожидаем вашего возвращения и новых подарков для нашего народа. Когда они увидели, что никаких подарков нет, то естественно, решили, что вы-то и являетесь подарком, и собирались уже сварить вас и съесть — мне с трудом удалось их переубедить.

— Не мели чушь, болван, — сказала майор Фрич.

— Напротив, — возразил Большой Сэм, — видите ли, мой народ нельзя назвать, так сказать, ЦИВИЛИЗОВАННЫМ, по крайней мере, если говорить об общепринятых стандартах цивилизованности, и поэтому питает определенное пристрастие к человеческой плоти. Особенно плоти белых людей.

— То есть, вы хотите сказать, что вы — людоеды?! — сказала майор Фрич.

— Примерно в таком аспекте, — пожал плечами Большой Сэм.

— Это просто отвратительно! — сказала майор Фрич. -

Послушайте, вы должны проследить за тем, чтобы нам не было причинено никакого вреда, и чтобы мы благополучно вернулись в цивилизованный мир. С минуты на минуту может прибыть спасательная команда НАСА. Я требую, чтобы вы обращались с нами в соответствии с принципами, общепринятыми для союзников!

— Увы, — ответил Большой Сэм, — именно это они и задумали прошлой ночью.

— Итак, я требую! — сказала майор Фрич, — требую, чтобы нас немедленно освободили и позволили добраться до ближайшего города, где есть телефон!

— Я опасаюсь, — ответил Большой Сэм, — что это просто невозможно. Даже если бы мы освободили вас, то пигмеи схватили бы вас, отойди вы в джунгли всего лишь на сотню метров.

— Пигмеи? — удивилась майор Фрич.

— Мы уже на протяжении многих поколений воюем с пигмеями. Вероятно, кто-то когда-то украл свинью или что-то в этом роде — никто уже не помнит, когда это случилось и кто виноват, теперь все это осталось лишь в предании. Главное, что мы окружены кольцом пигмеев, и так было с незапамятных времен.

— Ладно, — сказала майор Фрич, — я предпочитаю лучше иметь дело с пигмеями, чем с бандой гнусных людоедов. Ведь пигмеи — не людоеды?

— Нет, мадам, — ответил Большой Сэм. — Они охотники за головами.

— Это просто ужасно! — кисло откликнулась майор Фрич.

— И вот прошлой ночью, — сказала Большой Сэм, — мне удалось избавить вас от котла, но я не уверен, что мне надолго удастся удержать моих людей. Они хотят извлечь определенную пользу от вашего пребывания здесь.

— Что? — спросила майор Фрич. — Что вы такое хотите сказать?

— Ну, я имею в виду вашу обезьяну. Мне кажется, они хотели бы съесть хотя бы ее.

— Но эта обезьяна — собственность правительства Соединенных Штатов!

— И тем не менее, — сказал Большой Сэм, — мне кажется, что вы могли бы совершить некий жест доброй воли.

Старина Сью сморщился и грустно закивал головой, выглядывая из двери.

— И кроме того, — продолжал Большой Сэм, — я полагаю, что, пока вы здесь, вы могли бы кое-что сделать для нас.

— Что мы могли бы сделать? — подозрительно вскинулась майор Фрич.