Как известно, изучение формы вне зависимости от всякого содержания и безотносительно к нему — факт исторический, которым характеризуется весьма длительный период развития логики и который Гегелем застается как данный. Но в чем смысл такого отрыва, против которого Гегель обратил всю полемическую силу своего учения, требуя логики содержательной? Ведь, например, у основателя формальной логики Аристотеля логические формы вычленяются и изучаются применительно к совершенно определенному пониманию содержания, предполагают предварительную концепцию предметной области знания. Этой концепцией, для него было учение о соотношении частного (явления) и общего в бытии. Да и современная математическая логика развивалась, только произведя новые абстракции в содержательном мышлении и учтя в них то развитие и усложнение процессов вывода и доказательства в науках, пользующихся дедукцией, которое совершилось со времени Аристотеля. Поэтому она и продвинула вперед изучение логических отношений и законов методом формализации, т. е. методом, не предполагающим обращение к содержательному значению рассматриваемых выражений мысли и «созданным в свое время Аристотелем. Формализм в гносеологическом смысле является в действительности иллюзией (хотя эта иллюзия и популяризировалась догегелевской философией и гносеологическими интерпретациями формальной логики). Реален он лишь как метод решения определенных логических задач, обособляемых в отдельную теорию, называемую «формальной логикой», и как таковой он необходим и обладает неоспоримой познавательной ценностью. Точно так же важен лишь-реальный смысл полемических утверждений Гегеля о том, что формы мышления не суть нечто пустое, субъективное и внешнее по отношению к содержанию, что они не безразличны к последнему и т. п. Эти высказывания достаточно известны и встречаются в «Логике» буквально на каждом шагу. Однако перед тем, как выявить их реальный смысл, мы должны точнее определить связь «форма — содержание мышления» в позитивном плане.

2. Что значит изучение формы в зависимости от содержания?

В нашем изложении мы употребляли термин «абстрактное», «формальное содержание». Выделение такого содержания из естественно исторически сложившегося и функционирующего научного познания — дело философского анализа этого познания. Самим естественным процессом познания оно не осуществляется. И здесь легко увидеть, что, собственно говоря, формализм, т. е. рассмотрение форм мышления в отрыве от содержания, возникает вовсе не вследствие того, что логики игнорируют конкретно-эмпирическое («опытное» в данном смысле) содержание и не учитывают якобы «материю». Скорее, не умеют отвлечься от такого содержания, прикованы к нему, и если отвлекаются, то неправильно, не выделяя в самом же содержании нечто иное, чем конкретную «материю», и не умея обобщить его. Эмпиризм в подходе к исследованию логических форм здесь вплотную смыкается с формализмом; один переходит в другой.