- Да, ребята, - глаза Джо только что не светились от счастья, ведь теперь его мечты о низвержении ИИ начинали сбываться. - И не только он. Весь зал будет заполнен людьми, уже сейчас искренне принявшими нашу сторону. Это необходимо для соответствующей поддержки и усиления психологического воздействия нашего выступления, - он ободряюще улыбнулся и подмигнул.
Его слова мне почему-то не понравились. В душу закралось смутное подозрение, что подготовлен некий спектакль, где мы всего лишь актёры, от которых теперь мало что зависит.
Все затихли, как только подошла художница-гримерша. Она быстро обработала каждого, нанеся на нос и лоб по несколько мазков тонального крема и пудры.
Подходило время выхода на сцену. Наконец зал заполнился величественной музыкой. Режиссер дал сигнал, и мы все вместе с Джо Райтом и подоспевшим телеведущим прошли вперед в яркий свет юпитеров. Нас встретил гром аплодисментов и всеобщее возбуждение. Ликование перемежалось выкрикиваемыми из зала приветствиями и продолжалось долго.
Пока мы раскланивались перед всеми, отвечая на аплодисменты, Маклин улыбался и, стоя рядом, тоже слегка хлопал в ладоши. Наконец все сели за низкий столик со стеклянной поверхностью. Казалось, камеры снимают нас со всех сторон - такого их количества я никогда не видел: по сторонам, снизу и сверху за нами наблюдали ряды миниатюрных, иногда шевелящихся трубок-объективов.
Маклин начал торжественно, с благоговением:
- Господа! Сегодня у нас особый день. Случилось невозможное. Произошло чудо! Это воля свыше - иначе и быть не может! Первые астронавты, посланные на заре человеческой эры к звездам, наконец-то вернулись домой!
Зал опять взорвался овациями. Гарольд немного помолчал, давая время зрителям проникнуться величием момента и слегка "выпустить пар", затем продолжил:
- Сейчас нас смотрит вся планета. Миллиарды людей оставили все дела, чтобы узнать о своих героях. Конечно, многих интересует, как посланцы из прошлого приняли наш мир, каким он им показался. Что важного, на их свежий взгляд, достигла наша цивилизация. Может, они заметили какие-то недостатки, не замечаемые нами. Ну что ж, со стороны многое видно лучше, гораздо лучше! Скоро мы с вами, с помощью этих первопроходцев, получим ответы...
Опять аплодисменты. Бесконечные аплодисменты и радостные вопли. Я покосился на Стива - он так мечтал о славе, известности. Его лицо сияло. Впрочем, сейчас, наверное внутри каждого из нас клокотало и бурлило упоительное чувство осознания великости своей миссии.
Гарольд Маклин по очереди представил всех нас, коротко рассказывая биографию. Затем он осведомился, в каком состоянии находилась планета, когда мы улетали. Наши сбивчивые описания, не сомневаюсь, вызвали что-то вроде жалости к нам. Человечество будущего гордилось своими достижениями и, теперь, чтобы не разочаровать нас, казалось, будет готово немедленно устранить любые замеченные недостатки своего времени. Такое грамотное построение беседы могло прийти на ум только талантливому сценаристу, в лице которого, я в этом не сомневаюсь, совместно выступали Джо Райт и Гарольд Маклин.
- Возможно, кто-то удивлен присутствием на нашей встрече... гм... начальника снабжения Космопорта Джо Райта? - ведущий решил слегка озадачить аудиторию. - Почему с нами нет руководителя космической службы слежения Эдварда Дайсона? Почему здесь нет директора Космопорта? В чем причина того, что от мира хотели скрыть появление наших героев, а их самих изолировать и превратить в подопытных животных?
Зал взорвался бурей негодования. В диком свисте и улюлюканье стало невозможно говорить. Минуты через три, уловив момент, когда эмоции присутствующих стали затихать, Маклин поднял руку, прося тишины:
- Может, ситуацию разъяснит сам Джо Райт? - произнес он, когда все стихло.
Джо не спеша обвел взглядом всё помещение и, нахмурившись, начал:
- Руководители Космопорта действовали не по своей инициативе! Всем известно, что они всего лишь пешки в руках компьютерного мозга, - Джо Райт выжидательно просмотрел на аудиторию. - Я обвиняю ИИ Земли в попытке скрыть от человечества правду! Я обвиняю ИИ в предательстве!
На короткий миг настала тишина. Зрители вертели головами, оглядывая студию и, хотя здесь собрались соответствующим образом настроенные люди, все были явно потрясены так громогласно, на весь мир, брошенным обвинением. Вероятно, никто и никогда не смел открыто говорить что-либо подобное. И, как я понял, не только потому, что это преследовалось. Сказывались тысячелетия соответствующего воспитания.
Наконец, разразилась буря. Сквозь грохот доносились возгласы с осуждением ИИ. Сделав паузу, Джо театрально выбросил руку вперед и вверх, прося тишины, и продолжил:
- Я догадываюсь, чем был вызван такой поступок! ИИ боится, что человечество узнает что-то такое..., какую-то тщательно скрываемую правду. Люди из прошлого, вдруг оказавшиеся здесь, могут что-то донести до нас. На многое открыть нам глаза, помочь по-новому осмыслить мир! Так давайте же их послушаем!