Читаем Формула власти полностью

– Ну, Контрибутов, вроде… – поняв, что фамилию все-таки придется назвать, небрежно произнес он.

– А чего он вам так понадобился? – удивленно приподнял правую бровь Василий Романович.

– Должен он нам! – как бы нехотя признался Хунхуз.

– И много? – склонил голову набок барон.

– Порядком.

– А чего ж вы большие деньги кому попало даете? – удивился Штирбу.

– Помочь же людям хочется!.. – развел руками спиридоновец. – Думали, вот дадим денег человеку, он поднимется и нас отблагодарит… А он – бегает от нас, как мышь по стадиону…

– Так, может, отдавать нечем? – подумав, предположил цыган.

– Отдавать нечем – значит, договариваться надо! – зло произнес Хунхуз. – Договариваться! А не бегать! Все понимаем, в жизни по-всякому бывает! Но мы ж не звери! Объясни – мы всегда поймем! А бегать-то зачем? Не хорошо! Не честно это! И Спиридон всегда так говорит. Верно, Василий Романович?

Хунхуз был тонким психологом. Почти неизбежно следующее за его вопросом слово «верно», произносимое бароном, было бы первым шагом по той дороге, что должна была привести к исполнению просьбы спиридоновцев. Ответить же «нет, не верно» на утверждение, что нехорошо бегать от долгов, было, разумеется, невозможно.

Но цыганский барон Штирбу был психологом не худшим, чем авторитет по кличке Хунхуз.

– Умный человек Спиридон. – умело обошел расставленную ловушку Василий Романович. – Очень умный. Мало таких. Только нет у меня этого Контрибутова. Не привозили его сюда.

– Да, как не привозили? – начал выходить из себя гость. – Машина-то, в которую этот кролик запрыгнул, во дворе стоит! – ткнул рукой себе за спину спиридоновец. – У тебя он, Василий Романович! Отдай его нам и всем хорошо будет! Я и Спиридону так доложу: помог нам сильно барон Штирбу! – снова попытался использовать Хунхуз авторитет своего шефа.

– Ты что, мне не веришь? – тоже прибавил голос Штирбу и выпрямился во весь свой солидный рост. – Сказал нет его здесь – значит, нет!

– Мы ж своими глазами видели, как эта «Нива» его подобрала! – не сдавался Хунхуз.

– Не знаю, что вы там видели! Нет здесь Контрибутова. – отрезал барон, и показывая, что продолжать разговор он будет не с Хунхузом, а с его хозяином, прибавил: – А со Спиридоном я сам встречусь и поговорю.

Хунхуз сжал веки в щелки и собрался что-то сказать, но Штирбу его опередил:

– Ну, а теперь, извиняйте хлопцы, идите по своим делам. Нужен вам Контрибутов – ищите! Только не здесь!

– Э-э-э, Василий Романович! Так не пойдет! Мы ведь по-хорошему хотим! А можем и по-плохому! – угрожающе выкрикнул Хунхуз.

– Так, и я по-хорошему хочу! Но могу и по-плохому! – спокойно сказал Штирбу и сделал знак рукой.

Из-за стены картонных ящиков выступили четверо мужчин. В руках они держали разномастные охотничьи ружья.

Одна из дверей на галерее открылась, оттуда появился высокий цыган с двумя напарниками. В руках у него был пожарный багор. У напарников – длинные мясницкие ножи. Звонко цокая ботинками по металлу, цыган спустился на один пролет лестницы, и занял позицию на площадке, расположенной на ее середине.

– Идите, ребята! – Махнул рукой Василий Романович. – Миша вас проводит! А Спиридону, ты, Хунхуз, привет передай! Если до среды его увидите, скажите, в среду я буду в городе и к нему заеду. Кальвадосу привезу. Как обещал. Ящичек. Все, некогда мне больше с вами разговоры вести!

Штирбу отвернулся.

Цыган с багром, стоящий на площадке, стал медленно спускаться вниз.

Рука спиридоновского посланца потянулась к карману куртки. Но, обозрев поле боя, он понял, что позиция безнадежна.

– Смотри, Василий Романович! Как бы не пожалеть! – бросил Хунхуз в спину стоящему на галерее Штирбе.

Звенела лестница под ногами спускающегося цыгана с багром.

Вожак повернулся и, увлекая за собой остальных бойцов, направился к выходу. Шел Хунхуз неторопливо, сохраняя достоинство.

Цыгане с охотничьими ружьями двигались вслед.

Через минуту спиридоновцы исчезли в светлеющем проеме широких ворот.

Василь неторопливо опустился на свой стул с высокой спинкой. Выдвинулся со стулом из укрывавшей его ниши и майор Мимикьянов.

– И что за мамалыга такая! – недоумевающее произнес Штирбу. – И зачем им Контрибутов понадобился? И чего ему у меня делать?

Майор Мимикьянов сидел молча.

– Слушай, Ефим, а, может, они тебя за этого Контрибутова приняли? – резко всем корпусом повернулся к майору барон, будто только поймав пришедшую ему в голову мысль.

– Похоже, что так. – вынужден был согласиться майор.

– Ой-е-е! Вот дела! – покачал головой цыганский барон. – А я-то думаю, и чего это спиридоновцы за тобой гоняются! С ума, что ли, тронулись! А оно – вон что!

– Выручил ты меня Василий Романович! Не забуду! – посмотрел в лицо барону майор Мимикьянов.

– Ну, о чем разговор! Сегодня я помогу госбезопасности! А завтра, глядишь, и она мне поможет! – положил свою тяжелую руку на плечо Ефиму барон.

– Да, чем же госбезопасность тебе помочь может? – поднял брови Ефим. – Разве что, из РУБОПа вытащить, как в тот раз, когда тебя за незаконное предпринимательство под замок закрыли…