Читаем Формула смерти полностью

Миновав эту грань (которой до сих пор эвклидовская «чернь не зрит», то есть, окончив путь и миновав центр мира, поэты оказываются под гемисферою противоположной той, «где распят был Христос»; они поднимаются по жерлообразному ходу.

После этой грани поэт всходит на гору Чистилища и возносится через небесные сферы. И тут у нас возникает вопрос: «По какому направлению?» Подземный ход, по которому они поднялись, образовался падением Люцифера, низвергнутого с неба головою. Следовательно, место, откуда он низвергнут, находится не вообще где-то на небе, в пространстве, окружающем Землю, а именно с той гемисферы, куда попали поэты. Гора Чистилища и Сион, диаметрально противоположны друг другу, возникли как последствие этого падения Люцифера, и значит путь к небу направлен по линии падения Люцифера. Это имеет смысл лишь с точки зрения обратной перспективы. Следовательно, Данте, в своем воображении, все время движется по прямой и, достигая неба, оказывается в положении, когда ноги у него находятся в сторону его спуска, то есть вверхтормашкой! Побывав на небе и узрев Славу Божию, Данте легко возвращается к себе на родину, во Флоренцию. Если бы Данте решил совершить такое путешествие, которое представил в своем воображении, то с геометрической точки зрения, он совершил, точь-в-точь, что вообразил.

Итак, двигаясь все время по прямой вперед и перевернувшись раз на пути кверху ногами, Данте возвращается на прежнее место, в том же положении, в котором он покидал его (словно и не переворачивался кверху ногами!). Больше того, если бы он не перевернулся кверху ногами, то, вернувшись на родину, он стоял бы на голове. Значит поверхность, по которой двигался Данте такова, что прямая на ней, с одним оборотом на 180 градусов, дает возврат к исходной точке. А прямолинейное движение без оборота на 180 градусов – возвращает тело к прежней точке вверх ногами. Очевидно, что это – поверхность: 1.содержит замкнутые прямые, есть римановская поверхность, и 2, как переворачивающаяся при движении по ней тела, есть поверхность односторонняя. Эти два обстоятельства достаточны для геометрического обозначения пространства «Божественной комедии», как построенного по типу эллиптической геометрии. Напомним, что Риман, пользуясь собственно дифференциальными методами исследования, не имел возможности рассмотреть форму полных поверхностей.