Читаем Формула контакта полностью

Симона перекинула маленький тугой рубильничек вверх, и тотчас же из шлюзовой послышалось легкое шуршание. Станцию еще немножечко качнуло, на обзорном экране было видно, как куцый гофрированный хобот протянулся к люку и плотно обхватил его. Проворный, словно белочка, кибер уже выскочил в пространство и побежал по спирали вокруг переходника, добрался до места стыка и стал придирчиво тыркаться, проверяя надежность крепления.

– Экипаж планетолета НУ-семнадцать «Бригантина» к выходу готов.

Паола переступила с ноги на ногу..

Симона включила тумблер под знаком «С», и тонкая прозрачная пленка опустилась с потолка и разделила шлюзовую, коридоры, салон и биологическую на территорию хозяев и территорию гостей.

– Выход разрешаю, – сказала Ираида Васильевна, нагибаясь над плечом Симоны.

Два золотистых краба, выставив перед собой инструменты, ринулись по переходнику – помогать снимать люк.

Симона поднялась, повела плечами – чертовски нелеп был на ней форменный голубой костюм Международной службы – и в последний раз протянула руку к пульту – восстановила привычную на станции силу тяжести.

– Ну, пошли делать реверансы! – И, пропустив вперед Ираиду Васильевну, все двинулись в шлюзовую.

Слева уже чернела изготовившаяся к нападению на чужой корабль беспристрастная армия киберконтролеров; направо, к жилым отсекам, уходил белоснежный коридор, а прямо – так близко, что казалось: сделай два шага – и ты там, – зияла дыра герметического перехода.

Но сделать эти два шага было никак нельзя, потому что невидимая пленка немыслимой прочности поднималась у самых ног выстроившегося экипажа «Арамиса» и уходила в узкую щель темно-синего потолка, люминаторами в шлюзовой служили боковые стены.

За дырой была темнота, из которой доносилась металлическая возня. И вот там, впереди, показалась полосочка света, потом щит люка стремительно опрокинулся внутрь перехода, подхваченный присосками киберов. На фоне желтого овала мелькнули силуэты этих киберов, втаскивавших щит внутрь корабля, потом свет усилился, и вот стройная фигура в черном синтериклоновом скафандре показалась в конце перехода.

Паола снова переступила с ноги на ногу, и даже вздохнула, и даже тихонечко потрогала упруго подавшуюся под ее пальцами переборку, но никто на нее не оглянулся.

Показалась еще фигура, и еще, и трое космолетчиков, чуть пригнувшись, вышли из темного коридорчика на белый свет.

Они остановились напротив команды «Арамиса», тоже почти у самой перегородки, только по другую ее сторону и на таком расстоянии, чтобы можно было сделать один маленький шаг вперед; и тот, что вышел первым, сделал этот шаг и чуть усталым голосом проговорил:

– Экипаж американского планетолета «Бригантина» в составе Дэниела О’Брайна – командира (он с каким-то врожденным достоинством слегка наклонил голову), Александра Стрейнджера – второго пилота (поклонился незнакомый, сразу бросающийся в глаза удивительно красивый юноша) и Пино Мортусяна – космобиолога (Пино, старый знакомый, мотнул головой) прибыл в систему космической станции «Первая Козырева» и просит произвести досмотр грузов.

Ираида Васильевна тоже сделала маленький шажок ему навстречу:

– Команда вспомогательной станции «Арамис» в составе Ираиды Монаховой – начальника и космобиолога, Симоны Жервез-Агеевой – кибермеханика, Ады Шлезингер – уполномоченного по досмотру грузов и Паолы Пинкстоун – стюардессы рада видеть вас у себя на борту. Сейчас прошу всех пройти в боксы биологической обработки, после чего прошу вас в салон.

И Ираида Васильевна улыбнулась так по-домашнему, по-земному, что американцы не могли не ответить ей тем же и тоже улыбнулись: капитан – сдержанно, второй пилот – ослепительно, а Пино – криво, как всегда.

– Нет ли у вас на борту живых существ, капитан? – задала Ада традиционный вопрос.

– Нет. Груз – контейнеры с кормонилитом. Все данные о характере груза, в том числе и о его активности, в бортовом журнале.

Формальности были окончены, космолетчики поступали в распоряжение Ираиды Васильевны, теперь уже не командира, а врача.

– Прошу вас. – Она повернулась и пошла в правый коридор, и трое в скафандрах тоже повернулись и послушно затопали рядом с ней.

Симона щелкнула пальцами – по синтериклону:

– Что новенького, Мортусян?

Тот поотстал, поднял руку к затылку и почесал гермошлем:

– Да вот, говорят – на вашей «Аляске» клопов развели…

Симона махнула рукой, устало промолчала – редкий случай – и, проводив глазами космолетчиков, пошла снимать глупый, небесного цвета, костюм. Когда эти парни вылезли из своей телеги, все стало на свои места, и пропало то смятенное, неразумное и тревожное предчувствие, что «Бригантина» – вовсе не «Бригантина», а другой, оплавленный и изуродованный корабль, вернувшийся вопреки всякой логике и математике и благодаря какому-то парадоксу пространства, который должен же, черт побери, существовать для таких людей, как ее Колька…

День первый Немного политики