Читаем Фокусник полностью

Последние слова он проговорил задиристым ребяческим голосом. Затем он встает и начинает семенить вокруг стола с разведенными в стороны руками, все время повторяя: «Я знаю!» Потом он опускает руки, останавливается, возвращается в свою комнату, берет коллекцию и залезает в палатку, вознамерившись провести там ночь. Демоны, видя, что он успокоился, снова подают голос: «Осторожно! Флик спровоцировал тебя намеренно. У него ничего на тебя нет. Тебе нельзя реагировать на его выступление. Не шевелись. Ты всех их сведешь с ума. Ты больше никогда не пойдешь ни на улицу д’Аврон, ни на Северный вокзал. Понял?» Фокусник шумно вздыхает от досады и мысленно ищет кнопку — вроде той, которой выключают радиоприемник, — потом спокойно поворачивает ее и, таким образом, теряет связь со своими демонами. Ему осточертело, что они все время указывают ему, как себя вести. Демоны понимают, что пора отправляться в путь. И начинают паковать чемоданы. Окончательно.

Мистраль, Кальдрон и Маро покидают здание канала «Тэ-эф-1» около девяти часов вечера. За рулем Кальдрон. Маро сидит рядом с ним, Мистраль — сзади. Они продолжают разговор, начатый после окончания новостей.

— Повторяю вам, — произносит Маро, — вы отлично выступили. Разумеется, последний вопрос для всех нас явился неожиданностью, но вы сами увидите, просмотрев запись, что этого никто не заметил.

— Не знаю. Я не совсем представляю себе, как я на него ответил. Нужно будет в самом деле посмотреть кассету и…

В кармане Мистраля начинает гудеть телефон, в режиме вибровызова. На экране высвечивается номер мобильника психиатра.

— Я смотрел новости. Нам бы нужно с вами как можно скорее побеседовать.

— Это срочно?

— Нет, не то чтобы, но разбор полетов хорошо бы провести по свежим следам. В ближайшие дни я буду занят и не смогу уделить вам много времени, а еще не всякий день вы сможете найти меня в кабинете.

— Хотите, я приеду прямо сейчас? Вы еще у себя? — Мистраль смотрит на часы.

— Да, это хорошая мысль. Я вас надолго не задержу.

— Буду у вас через десять минут.

Тревно открывает дверь после первого же звонка. Мистраль представляет ему Кальдрона и Маро. Психиатр достает три бокала и разливает гостям портвейн. Все трое благодарят и молча пьют.

— Спасибо, что так быстро приехали. Как я вам уже сказал, в ближайшие дни я буду очень занят. Конгресс по психиатрии. Я записал ваше выступление по телевидению. Вы отлично держались. Если этот тип видел интервью, он отреагирует. Но есть одно «но».

— Могу поспорить, вы имеете в виду последний вопрос.

— Верно. Давайте посмотрим с самого начала.

Психиатр на протяжении нескольких секунд сражается с пультом видеомагнитофона, затем ставит запись сначала. Все четверо сосредоточенно смотрят. По окончании последнего ответа Тревно останавливает пленку.

— Ну, что скажете? — спрашивает он.

— Перед последним ответом есть пауза примерно в три секунды. Перед остальными ответами ее не было, — поясняет Маро. — Но только мы можем ее заметить, поскольку знаем весь ход интервью от «а» до «я».

— А вы что скажете? — спрашивает психиатр, глядя на Мистраля.

— У меня двойственные чувства. Но думаю, пауза слишком мала, чтобы ее кто-то мог уловить и интерпретировать. Мы ее видим, потому что знаем о ней.

— А с моей точки зрения, — начинает Тревно, поправляя упрямую прядь, — вам нужно быть готовым ко всему. Я поясню почему. Вы выступаете по телевидению в такое время, когда зрительская аудитория очень велика. Ваша речь несет информацию для публики. Но в действительности вы хотите донести ее лишь до одного человека. И этот человек тоже сидит перед экраном, он получит это ваше послание прямо в лоб. Значит, он будет смотреть очень-очень внимательно. Давайте не будем забывать о том, что речь идет об опасном психопате, и мы знаем, что он все время настороже. Так что, если хотите знать мое мнение, — да, он мог заметить эту трехсекундную паузу перед ответом.

— И что? — спрашивает Кальдрон.

— А то, — продолжает психиатр, — что он попытается выяснить, почему человек, наговоривший про него столько гадостей, вдруг медлит перед ответом на последний вопрос.

— Я понимаю, куда вы клоните. Но мне неизвестны случаи, когда бы убийца, путь даже совершенно чокнутый, нападал лично на полицейского. В теории это возможно, но на практике случается крайне редко.

— Несомненно, вы правы, — соглашается психиатр. — Я просто пытаюсь вам представить весь возможный спектр реакции этого, как вы говорите, чокнутого.

Закрывая за собой входную дверь своего дома, Людовик Мистраль слышит приглушенный звук телевизора и видит свет в гостиной. Клара сидит на диванчике, поджав под себя ноги, и встречает мужа улыбкой.

— Я тебя ждала, — произносит она. — Ты отлично выступил. Мои родители, и твои тоже, звонили, чтобы сообщить, что у тебя был очень серьезный вид, что ты говорил со знанием дела. Они надеются на то, что ты вскоре остановишь этого монстра.

— Ну и я тоже! — Мистраль садится рядом с женой и обнимает ее за плечи. — Как тебе показалось интервью? Логично, связно?