Читаем Флуар и Бланшефлор полностью

Дополнение

Бертран де Борн[120]

Вновь лучезарный парадизВесны, явив себя в цветахИ радости, запел, запах,И я сирвенте верный тонЗадам, встревожив Арагон,Поскольку в нейГнуснейшего из королей[121]Хотел бы набросать эскиз:Он трус, наемник, блюдолиз.Начавший снизу рухнет вниз,Как в заключительных строкахЛэ[122] — очутясь на рубежахИсходных: вновь он втащит тронВ Карлат[123], хоть во главе колоннВ Тир путь прямей;Но разве соблазнит трофейТого, кто даже в легкий бризНе поплывет за ближний мыс?Прованс на волоске повис,Там носят Санчо на руках,Пока король как на дрожжахТолстеет, въехав в Руссильон,Где Джауфре[124] всех прав лишен;Тулузой всейЗа ложь он был гоним взашей,И всякий, кто держался близНего, довольно быстро скис.В Кастилии Кастрохерис,Дворец в Толедо — есть размахУ короля[125], но лучше б страхНагнал на Барселонца[126] он,Ему чинящего урон;По мне, честнейКороль мошенников, чем сейВладыка, чей любой маркизВедет дела из-за кулис.Король Рамирес[127] мог на бисВзять Арагон да, жаль, зачах;Наваррцем добрым хват МонахИ позже был бы побежден,Когда бы тот в борьбе сторонВзял курс верней;Лазури золотой ценней,И тот, кто свой смирил каприз,Достойней короля подлиз.Его супруге[128] первый призЯ отдал бы; в ее речахТакое есть, чем мой замахУдержан и удар смягчен,Иначе Беренгьеров стон[129]Забыть злодейНе мог бы до скончанья дней:Предательство — его девиз,И меч, разя родню, ослиз.Императрице он сюрпризУстроил[130]: далеко не прахБыл в мануиловых дарах,И вот, квинталов[131] миллионДобра сложил не глядя онВ казне своей —И зелен плод, и поспелей —А госпожу и греков изСтраны изгнал чуть не без риз.

Ричард Львиное Сердце[132]

Поскольку речи пленного напорНе свойствен, как и речи тех, кто хвор,Пусть песнь утешно вступит в разговор.Друзьям, не шлющим выкупа, позор!Мне из-за тех, кто на дары не скор,Быть две зимы в плену.Пусть знает каждый в Англии сеньор,В Анжу, в Гаскони, словом, весь мой двор,Что я их безотказный кредитор,Что мной тюремный отперт бы запорИ нищим был, скажу им не в укор, —А я еще в плену.У пленных и у мертвых, искониИзвестно, нет ни друга, ни родни.Я брошен. Злата и сребра ни-ни,Все ждут. Но будут — даже извиниЯ их — обвинены они одни,Коль я умру в плену.Сеньор мой[133] вверг страну в раздор, сродниЧему раздор в душе. Меж нас грызниНе должно быть, по слову клятв: ониОбоими давались в оны дни.Но вырвусь скоро я из западни,Не век мне быть в плену.Сестра графиня[134]! Бог, вам давший всеДары, да будет милостив к красе,У коей я в плену.

Джауфре Рюдель[135]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников
Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников

Элкан Натан Адлер, почетный секретарь еврейского Общества по распространению религиозного знания, коллекционер еврейских рукописей, провел несколько лет в путешествиях по Азии и Африке, во время которых занимался собиранием еврейских манускриптов. В результате создал одну из самых обширных их коллекций. Настоящую книгу составили девятнадцать письменных свидетельств эпохи Средневековья, живо представляющих странствующего жида как реального персонажа великой драмы истории. Истории еврейских ученых, послов, купцов, паломников, богатые яркими историческими деталями и наблюдениями, знакомят читателя с жизнью Европы, Ближнего Востока и Северной Африки в Средние века.

Элкан Натан Адлер

Средневековая классическая проза / Европейская старинная литература / Древние книги