Читаем Флетч полностью

– Сейчас никто не продает такое ранчо. Это я могу гарантировать. Есть, конечно, шанс, что это сделка между друзьями или родственниками, без участия маклера. Но и в этом случае до меня дошли бы какие-то слухи.

– То есть Алан Стэнвик не обращался ни к вам лично, ни в вашу контору с просьбой купить ему землю в Неваде?

– Нет. Как я и говорил, мы его знать не знаем. Но мы могли бы подыскать ему что-нибудь подходящее.

– Хочу попросить вас об одной услуге, Джим.

– Я слушаю.

– Не звоните Алану. А не то я окажусь в щекотливом положении. Он говорил о ранчо вчера вечером, у бассейна. А перед этим выпил.

– И, видать, крепко?

– Похоже, что вы не ошиблись.

– Вечно так с новоявленными родственниками. Они всегда говорят о том, что бы сделали с деньгами других.

– Вы, несомненно, правы. Да он еще и выпил.

– Ну, если он когда-нибудь доберется до денег тестя, пошлите его ко мне.

– Обязательно, Джим.

– А теперь, Билл, что интересует именно вас?

– Не знаю, как и сказать.

– Вы, просто хотели узнать, не соврал ли Алан?

– Что-то в этом роде, Джим.

– Вы что, хранитель денег этой семьи?

– Давайте считать, что я позвонил из любопытства.

– И узнали все, что хотели. Я понимаю. У меня самого дочь обучается актерству в Далласе, в Техасе.

– В каждой семье свои проблемы, Джим.

– Я бы не поменялся с вами работой, Билл. Но звоните в любое время. Если Джон нанял вас следить за этим Аланом, мне без разницы. Впрочем, я бы не отказался нанять вас сам.

– Вы очень проницательны, Джим. Считайте, что я у вас в долгу.

– Не вы, а Джон Коллинз. До встречи.

Вернувшись в гостиную, Флетч тяжело опустился на диван. Голова все еще побаливала.

Зажав микрофон в руке, он откинулся назад и закрыл глаза.

«На текущий момент я бы с удовольствием порассуждал о сути истины, ее иллюзорности, но в последующих умозаключениях, касающихся „Тайны убийства Алана Стэнвика“, я постараюсь придерживаться только ставших известными мне фактов.

Отмечу, однако, что суть истины вообще, а в особенности суть информации по Алану Стэнвику, весьма своеобразна: практически все, что говорят о нем одни люди, начисто отрицают другие. В каждом случае я мог бы поверить тем или иным сведениям, полученным из достоверного источника, но дальнейшие расспросы приводили к тому, что другие, не менее достоверные источники сообщали мне нечто совершенно противоположное.

По ходу проводимого мной расследования я переговорил лично или по телефону с секретаршей Алана Стэнвика, его личным врачом, отцом, женой, тестем, страховым агентом, оказавшимся его другом со студенческой скамьи. Косвенно, через третье лицо, я получил инормацию от его биржевого маклера. Теперь я в курсе финансового положения корпорациии самого Стэнвика. Известно мне и место, занимаемое им и его женой в светском обществе, а также полицейское досье Стэнвика.

Проводя расследование, я приложил максимум усилий, чтобы Стэнвик не узнал о моей деятельности. Я пользовался разными именами, каждый раз играл новую роль, и никто, за исключением Джима Свартаута, не догадался о цели моих расспросов. Он не сообщит о нашем с ним разговоре ни Стэнвику, ни его родственникам.

Пока в Алане Стэнвике я вижу ум, здоровье, энергию. Он пользуется уважением в обществе, семье, в деловых кругах. Я бы даже сказал, что он порядочный человек. Более того, верный и принципиальный.

Во-первых, он чист перед законом, если не считать неоплаченного штрафа за стоянку в неположенном месте в Лос-Анджелесе и жалобу в бытность его летчиком о пикировании на жилой дом а Сан-Антонио в штате Техас при выполнении тренировочного полета.

От его биржевого маклера, Уильяма Кармичела, мы узнали, что финансовое положение Алана Стэнвика весьма устойчивое. Стоимость принадлежащих ему ценных бумаг превышает миллион долларов. Со временем, учитывая, кем он работает и на ком женат, Стэнвик сможет не только сколотить значительное личное состояние, но и возглавить одну из крупнейших корпораций страны. Даже если это не произойдет, Стэнвик за несколько лет смог накопить больше ста тысяч, несмотря на высочайший уровень жизни своей семьи. Похоже, каждый год он кладет в банк двадцать – двадцать пять тысяч долларов только потому, что не знает, куда их потратить.

Из этого ясно, во всяком случае, для меня, что азартные игры ему чужды. Не станет он подделывать счета корпорации. Скорее всего никто не шантажирует Стэнвика.

Я убежден, что доктор Джозеф Делвин вложил не мало средств в акции «Коллинз Авиэйшин». Об этом говорила Джоан Коллинз Стэнвик. Несколько человек подтвердили, что слух о болезни Стэнвика вызовет немалые трудности для «Коллинз Авиэйшин», если только Стэнвик не успеет найти себе замену.

Ненавязчивое упоминание о раке в разговорах с женой, отцом и тестем Стэнвика не вызвали видимой ответной реакции. То ли они хорошие актеры и прекрасно контролируют свои чувства, то ли находятся в полном неведении, но по поведению ближайших родственников Стэнвика можно понять, что эта болезнь не имеет к нему никакого отношения.

Таким образом это направление зашло в тупик.