Читаем Флаг Командора полностью

Не попался. Паруса не моторы. Пока мы дошли, наших британских коллег даже след простыл. А в море дорог нет. Ищи их, где хочешь.

И относительной радостью было, что сам Пти-Гоав пострадал сравнительно мало. Конечно, флибустьеры пошуровали в домах, вынесли все самое ценное, зато особых разрушений не было.

А вот людей погибло порядком. Конечно, по меркам здешних городов, по существу представлявших деревеньки средних размеров. Своих покойников британцы забрали с собой, и со стороны создавалось впечатление, будто игра шла в одни ворота. Со слов Антуана и других уцелевших я знал, что это не так. Антуан, например, убил двоих и троих ранил. В таких делах он не хвастает. Говорит, как было. Даже признался, что в какой-то момент на него напал страх.

Еще перед нами в городок вернулся Буатье. В сложившейся обстановке он не стал ввязываться в безнадежный бой, тем более на борту «Фортуны» было лишь четыре десятка человек. Он спас свой корабль, решив, что оказавшиеся на берегу моряки сумеют отступить с минимальными потерями, и теперь с гордостью говорил мне о гибели в бою лишь четверых флибустьеров. Остальные в самом деле отошли, когда держаться стало невмоготу, до этого же, со слов жителей, успели положить десятка два нападавших.

Сам же Буатье издалека пытался следить за нападавшими и лишь ночью потерял их из вида.

Я опросил всех, кого смог. Ход боя мне был известен от Антуана, и я лишь хотел узнать, не было ли среди нападавших знакомых лиц.

Оказалось, были. Правда, не те, кого я ожидал. Кое-кто из местных жителей узнал Коршуна и некоторых людей из его команды, что было совсем неприятным сюрпризом.

— Говорил же я... Надо было повесить негодяя! — Лицо Гранье дышало негодованием.

Он сам рекомендовал мне когда-то моего незадачливого похитителя, зато, убедившись в ошибке, громче всех требовал для него кары.

Тогда я не сумел. Не захотел марать рук. Да и думалось, что англичане накажут его без меня.

В который раз жизнь доказывает мне: сделанное негодяю добро рано или поздно оборачивается злом для окружающих. Доказывает, да все никак не докажет.

— Кто ж знал? Да и руководил нападением не он. Может, пригрозили, как перед тем мы, да и использовали в качестве проводника.

— Проводника... — скептически усмехнулся Гранье. — То-то он на абордаж лез первым, а потом привел подмогу на берег!

— Все равно главным был не он, а этот юноша, который помыкал Коршуном, словно мальчишкой, — возразил я. — Кстати, капитана «Толстушки Анны» они тоже сумели использовать.

Против такого аргумента возразить Жан-Жак не смог.

— Да, Толстого Жака они как-то сумели подцепить. Даже непонятно — как? — покачал головой канонир.

— Это как раз ясно. Подошли под французским флагом, взяли на абордаж, а потом предложили небогатый выбор. Или будет помогать, или отправится кормить рыб. Меня другое интересует. Кто у англичан так лихо научился операции планировать? И как нам с этим юным дарованием встретиться?

Увы! Как раз на эти вопросы никто ответить мне не мог. Оставалась надежда на моих агентов с Ямайки. Флибустьеры — народ кичливый, и вряд ли неизвестный капитан предпочтет держаться в тени. Пусть добыча у них небольшая, зато само дело проведено блестяще. После такого джентльмены удачи будут старательно оспаривать право служить под началом нового предводителя.

— Все. Закругляемся. Здесь нам делать нечего. Сейчас подойдут королевские фрегаты, пусть они этим и занимаются. Есть губернатор, есть Жерве, так зачем отнимать у них хлеб?

На самом деле мною двигало еще одно соображение. Я боялся не успеть к отплытию каравана компании. Это только кажется: смотаться туда, потом обратно. Под парусами да при неблагоприятном ветре даже крохотный путь занимает порою столько, что в наши дни гораздо быстрее добраться до Дальнего Востока. Особенно, конечно, на самолете.

Мы бы и не успели, да только караван задержался. Известие о пиратах заставило купцов несколько пересмотреть свои планы. Они даже стали просить охрану, словно Дю Кас мог выделить им хотя бы один корабль.

На безопасность моряков Вест-Индской компании мне было глубоко наплевать. Как и на саму компанию. Слишком хорошо я знал, как она обирает жителей островов. Драться с ней я не собирался. Все-таки она находится под покровительством короля. А ссориться еще и с Францией после того, как мы умудрились подраться со всеми другими странами...

Да и на Робина Гуда я не похож. В мире никогда не было справедливости, так стоит ли его переделывать в одиночку? Дело в системе, а не в отдельных людях. Вот только...

Мишель очень хотел успеть вернуться на родину до смерти отца, и больше не на чем было плыть. Поэтому пришлось предложить свои услуги, а как оправдание придумать байку об охоте на «Дикую кошку», как тут прозвали фрегат английского флибустьера.

Может, он так и назывался, не знаю. Мне в данный момент был нужен предлог.

Разумеется, никакой кошки, ни дикой, ни домашней, мы не встретили. Хотя я был бы не прочь. Хотелось мне побеседовать с неведомым наглецом. Кто да что и как додумался. Пусть не моя война, но на Гаити столько знакомых...