Читаем «Fireflies» (СИ) полностью

И в следующий миг для Люси не существовало никого. Ни короля эльфов с женой, ни принца гномов в ярко-желтом сюртуке. Не существовало ни посла от русалок, ни ее друзей из Деревни Звездных духов, ни необычайно красивых ведьм в темно-изумрудных одеяниях. Люси видела лишь стоявшего в конце прохода мужчину. В традиционном для драконов ярко-алом камзоле и подаренном от народа Фиора слепяще белом поясе с фамильными сапфирами династии Хартфилиев. С широкой, свойственной только ему улыбкой, которая вызывала трепет в груди королевы, и с сияющими неподдельной чистотой глазами и огромными алыми крыльями позади его спины.



Люси мягко улыбнулась, чувствуя подступающие к глазам слезы. И ей уже было совершенно все равно, кто был на ее свадьбе, ей было плевать на все проблемы и страхи. Был только он, стоявший в конце прохода и улыбавшийся так широко, словно для него это был самый лучший момент в жизни, и была она, ведомая этой улыбкой, словно светлячком, освещавшим путь.



— Сегодня перед ликами богов Фиора и богинь Алого королевства мы сочетаем узами брака эту женщину и этого мужчину, — загремел в огромной зале храма голос священника.



Люси стояла напротив Нацу, видя перед собой лишь его сияющие глаза и мягкую улыбку. Она не слушала священника. Она и так знала, что будет любить этого мужчину до конца своих дней, поэтому, когда в нужный момент прозвучал судьбоносный вопрос, она ни на секунду не сомневалась, говоря твердое:



— Да. Я согласна.



Нацу аккуратно надел на ее палец тонкое обручальное кольцо, прекрасное, связывающее их душу и сердце.


И когда Нацу ответил свое:



— Да, я согласен.



Люси связала их души окончательно кольцом из белого золота.



Священник взмахнул рукой, и их безымянные пальцы, ровно там, где их опоясывали кольца, соединились тонкой сияющей красной нитью, которая через несколько секунд исчезла. Магия неделимого союза. Высшая магия.


И когда Нацу приблизился к ней и накрыл ее губы первым поцелуем, который они совершили в качестве мужа и жены, Люси была по-настоящему счастлива. Она не слышала аплодисментов, не слышала священника. В ее ушах был лишь звук бьющихся в унисон сердец.



Его и ее. Человека и дракона.



***



— Ваше величество.



Нацу обернулся, встретившись взглядом с серьезным лицом начальника своей стражи. Торжество было в самом разгаре. В бальном зале дворца Фиора играли звонкие мотивы мазурки, и Нацу вместе с остальными народами, для которых этот танец был непривычен, внимательно следили за веселящимися людьми. Королева стояла в окружении фрейлин и о чем-то говорила с королевой королевства Элвес - Миражанной. Высокая эльфийка с длинными серебристыми волосами и в струящихся одеяниях сдержанно улыбалась, явно наслаждаясь обществом юной королевы.



— Да, Гажил. Что-то случилось?



Начальником королевской стражи был рослый, вселяющий одним лишь своим именем в соседних королевствах ужас дракон с величественно раскинувшимися за его спиной черными крыльями. Гажил хмуро смотрел ярко-красными глазами, скрестив мускулистые руки, на которых всегда в боевой готовности были острые, подобно кинжалам, когти. Нацу знал этот взгляд, и он не предвещал ничего хорошего.



— „Тартарос“, — прошипел дракон.



Король устало выдохнул. В последнее время эта шайка революционеров изрядно потрепала им нервы. Они образовались сразу после того, как он и Люси объявили о своей помолвке и о конце вражды между драконами и людьми. Конечно же, он не был наивен и прекрасно понимал, что после такого заявления появятся протестующие и, если честно, он ожидал большего размаха недовольства. Недовольных было мало. Многие просто устали от войны, и предложенный правителями мир пришелся по душе как драконам, так и людям. Но вместе с ликованием где-то на границе Алого королевства и Фиора возникла небольшая организация, которая взяла себе название „Тартарос“. Ровно год они распространяли листовки с протестующими слоганами, выступали на людных площадях и пытались подбить народ на бунт. И ровно год их силы оставались ничтожно малы. Но в последнее время сила „Тартароса“ начала расти, а вместе с ее ростом, выросло число вспыхивающих то тут, то там стычек между королевской гвардией и революционерами.



— Что на этот раз? — спросил Нацу, встретившись взглядом с Люси, которая тут же улыбнулась ему. Дракон улыбнулся в ответ.



— Напали на склад оружия под Харгеоном. Я и эта девка из королевской стражи людей осмотрели там все, — прошипел Гажил, покосившись в сторону Эрзы Скарлет — главы королевской стражи Фиора. — Сработано чисто. Похоже, их ряды пополнили не только волшебники, но еще и ведьмы. Вокруг склада была начерчена дьявольская метка.



Нацу на мгновение задумался, вновь посмотрев в сторону Люси. Она разговаривала с темноволосой ведьмой из маленькой деревушки Брукса. Ведьма что-то говорила королеве, и, когда их взгляды на мгновение пересеклись, Нацу увидел в глазах жены промелькнувший испуг. Всего на мгновение, он вспыхнул и тут же погас, и это не понравилось королю.



— Усиль стражу и выдели еще три отряда на их поиски и поимку. Они как заноза в одном месте.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука