Читаем Фёдор Логинов полностью

Всё это создавало благоприятный фон для профсоюзных забот Логинова, где ему пригодился солидный опыт политической работы на фронте, который до поры до времени в какой-то мере компенсировал нехватку общеобразовательных знаний. Впрочем, в условиях повсеместного дефицита грамотных кадров три класса за плечами — не такой уж плохой багаж. Особенно если принадлежит он человеку одарённому и способному, да к тому же — политически подкованному, убеждённому стороннику советской власти, которую боец и политрук Красной армии Логинов защищал с оружием в руках. Военное прошлое, безусловно, придавало ему дополнительный вес и признание в коллективе — фронтовики всегда пользуются особым уважением, а богатырская внешность словно подчёркивала авторитет Логинова среди рабочих. Неудивительно, что вокруг его личности уже в те годы рождались едва ли не легенды.

Существуют, например, рассказы (есть даже и публикации) о том, как товарищи по пожарному отряду Бор-комбината якобы отправили Фёдора Логинова ходоком к Ленину отстаивать свои интересы. Здесь сразу же возникает вопрос: мог ли такой чести удостоиться человек, только что устроившийся на комбинат и к тому же в недалёком прошлом имевший серьёзные проблемы? Да и Ленина, как мы знаем, весной 1923 года разбила тяжёлая болезнь, и он до конца жизни уже практически никого не принимал, за исключением близких людей и одной рабочей делегации.

Сам Логинов, естественно, ничего подобного никогда не вспоминал, и об этой легенде мы упомянули, чтобы показать, как часто судьба неординарного человека обрастает всевозможными вымыслами и домыслами, чаще — красивыми. Однако нашему герою в то время приходилось решать более прозаичные проблемы.

Жизнь показывает, что если человек ошибся, оступился, совершил какой-то проступок, реабилитировать себя в глазах окружающих бывает не так-то просто. Для того чтобы восстановить полное доверие к себе, доказать делами и поступками, что ты заслуживаешь этого доверия, требуется время. И, думается, Логинов это прекрасно сознавал, как понимал он и то, что главным критерием его признания как человека политически полноценного явится восстановление в партии. Поэтому он и выбрал при трудоустройстве в марте 1923 года комбинат огнеупоров — ведущий пролетарский коллектив уезда с крепкой партийной организацией, которая, как считал Фёдор, рано или поздно скажет своё непредвзятое и веское слово в его судьбе. И она это слово сказала, но не сразу: к Логинову присматривались.

Логинов вновь вступил в партию в ходе ленинского призыва, объявленного в конце января 1924 года в связи со смертью пролетарского вождя. В принятом ЦК РКП(б) постановлении «О приёме рабочих от станка в партию» были установлены специальные условия вступления в партию (в том числе допускались коллективные заявления от рабочих, приём без рекомендаций на открытых собраниях и т. п.) и конкретный срок проведения ленинского призыва — с 15 февраля по 25 мая 1924 года. Но в реальности формальных сроков окончания призыва не придерживались, что позволило Логинову вполне обоснованно указать в одной из анкет о вступлении в партию «по ленинскому набору 1924 года»[55]. Из архивных документов следует, что он был принят в кандидаты в члены РКП(б) только в сентябре 1924 года, а в члены РКП(б) — в июне 1925 года[56]. То есть никакой спонтанности и спешки в этом деле партийная организация Боркомбината не проявляла.

Некоторые исследователи биографии Логинова задаются вопросом: обсуждалась ли при его приёме в партию проблема судимости? Каких-либо свидетельств на этот счёт не сохранилось, но мы можем с уверенностью ответить на него утвердительно. Хотя бы потому, что в своих анкетах и автобиографиях Фёдор Георгиевич этого факта не скрывал, как не утаивал он и внушительную череду серьёзных партийных взысканий, полученных впоследствии на различных руководящих должностях. И всё же, как видим, партийная организация не посчитала судимость Логинова серьёзным препятствием для его членства в РКП(б).

Вступление в партию значительно изменило характер трудовой и общественной деятельности Логинова. Вскоре он избирается секретарём завкома завода «Красный керамик» Боркомбината (в одной из анкет Логинов указывает: «Секретарь завкома с 15 декабря 24 г. по выбору, плату получаю 82 р. 56 к.»[57]), а затем заместителем председателя, председателем завкома и утверждается членом финансово-налоговой секции городского совета профсоюзов.