Читаем Финал полностью

– Хозяин, зачем ему столько старых женщин? – эльфийка с подозрением покосилась на лейтенанта и спряталась за спиной шамана. – Это точно проклятие богов, хозяин. И очень жуткое. Надо уходить отсюда немедленно!

– Бганга мхата ртани!!! – прорычал побелевший от ярости полицейский, видя, что его не просто игнорируют, а еще смотрят, словно паршивая собака, и стараются держаться подальше. Подчиненные дружно передернули затворы, готовые открыть огонь в любую секунду. Петр с Фридрихом переглянулись.

В целом разобраться с ситуацией любой из них мог за пару секунд, и никакое огнестрельное оружие полицейским бы не помогло. Особенно автоматы начала века, чищенные в последний раз примерно тогда же. Но это означало проблемы с властями, и не то чтобы парни этого боялись, но и лишнее внимание было им ни к чему. Особенно учитывая, что традиционно ЮАР относилась к зоне влияния Великобритании, или, как она сейчас называлась, Авалону. Учитывая, что товарищи собрались устроить туда тайный рейд, это еще больше говорило в пользу мирного решения дела.

– Воу, воу, воу, погодите, – Фридрих мгновенно просчитал ситуацию и шагнул вперед, поднимая руки, а заодно и переходя на немецкий. – Мы никого не хотели оскорбить, а тем более доблестных полицейских. Наоборот, хотели сказать спасибо, что вы доблестно выполняете свой долг по защите мирных граждан от преступных элементов. Возможно, мы допустили какую-то ошибку, потому что только что сошли с корабля и плохо знаем местные обычаи. Просим нас простить за это и готовы выплатить штраф. Но двести тысяч долларов – это слишком много. У нас нет таких денег. Как насчет ста долларов? Каждому из доблестных бойцов конечно же.

В ответ лейтенант, явно понявший, что ему говорят, разразился длинной речью, срываясь на крик и брызгая слюной. В процессе солдаты несколько раз вскидывали оружие, но стрелять не спешили. Петр уже после первого предложения перестал обращать внимание и на полицейских, и на обрывки фраз, долетающие из маджилингвиста, и принялся осматривать порт. А вот Фридриху пришлось внимать с умным видом, хотя он сразу понял, что вся эта экспрессия сводилась к одному – лейтенант начал торговаться. И действительно, высказав все, что он думает о наглых белых и китайцах, расхищающих богатство его родины, тот назвал цену в сто тысяч долларов.

В принципе, дальнейшее уже было понятно всем сторонам. Даже бойцы, выглядевшие так, будто недавно вышли из джунглей, заскучали и уже не махали автоматами. Немец и полицейский по очереди приводили разные аргументы, давили на жалость, проклинали собеседника, но двигались к точке, которая устроит обе стороны. Этому не мешал даже языковой барьер, тем более что в какой-то момент лейтенант перешел на африкаанс. Собственно, это и был план Фридриха, ибо немецкий и африкаанс пусть и отличались, но понять друг друга можно было даже без переводчика, ведь последний происходил от голландского, ближайшего родственника немецкого. А когда ты с кем-то говоришь на одном языке, уже не воспринимаешь его как чужака.

– Я договорился, – толкнул Петра в плечо Фридрих, видя, что тот уже совсем забил на происходящее и о чем-то беседует с Хилукой. – Пять тысяч, и лейтенант поможет нам с самолетом. У него родственник на аэродроме находится. Но ему надо будет заплатить отдельно.

– Сам же сказал, деньги не проблема, – Ярве не интересовали подробности, он хотел действовать. – Скинь ему уже перевод, и полетели.

– Эмм… есть проблема, – замялся немец. – Здесь как бы не в ходу онлайн-платежи. Только наличка. А у меня с собой нет такой суммы. Честно говоря, я этого не ожидал, а раньше здесь никогда не был.

– Значит, нам нужен банк, – разумно рассудил шаман. – А у полиции должна быть машина. Пусть подвезут нас туда, а затем на аэродром.

– Хорошая мысль, – загорелся Фридрих и через минуту обо всем договорился.

Ради такого заработка лейтенант был готов и таксистом поработать, так что всего через пару минут товарищи уже сидели в открытом внедорожнике, который, казалось, видел еще буров. Гогенцоллерн каждую секунду ждал, что тот вот-вот развалится, так он скрипел и трясся, но, на удивление, этого не случилось. Петр перенес поездку с привычной невозмутимостью, и только Хилука тряслась как лист, вцепившись в руку хозяина. У нее этот железный зверь, противно воняющий и воющий так, будто вот-вот сдохнет, вызывал безотчетный ужас. Возможно, потому что она не чувствовала в нем жизни. А дома, на Эллурии, даже корабли эльфов и летающие лодки наднебесников имели душу.