Читаем Философские сонеты полностью

Философские сонеты

Автор в форме сонетов излагает собственные взгляды и мысли, касающиеся различных явлений нашей жизни и жизни, как таковой. Отсюда название цикла «Философские сонеты». Будучи непрофессиональным, как это принято иногда говорить, сочинителем, автор (в жизни – доктор технических наук) не претендует, как говорится, на новое слово в теории и практике сонетов, но, в то же время, надеется, что его труд не пропадёт втуне.

Влад Сучилин

Поэзия / Стихи и поэзия18+

Влад Сучилин
Философские сонеты

Об авторе

Родился в Киеве, но вскоре родители переехали в Ленинград. С юности увлекался поэзией, музыкой, математикой и философией. Закончил 11-летку с серебряной медалью. Поступал в Ленинградскую Консерваторию на отделение фортепиано. С отличием окончил Ленинградский Политехнический Институт, затем аспирантуру Ленинградского Электротехнического Института. Кандидат технических наук в 27, доктор технических наук в 47. Работал в области автоматизации проектирования в электронике, оптимизации оптических систем, робототехники и цифрового вещания. В качестве гаст-профессора читал лекции в Синьянском университете (КНР).

Credo

Я математик, музыкант, художник,И где-то в глубине души поэт.Я выбрал среди форм стиха возможныхКлассический шекспировский сонет.По лаконичности и строгости строеньяСродни сонатам Моцарта вполне,Он близок мне, как Ферми уравненье,Как водяные лилии Моне.В начале – экспозиция сонета,Ей вторит вслед идущая строфа,За ней грядёт апофеоз сюжетаИ эпикриз в оставшихся строках.Да не осудит меня въедливый читатель,Бодлера и Бальмонта почитатель.

Vita brevis ars longa[1]

Искусство, ты больно. Твой бледный ликОбезображен маскою страданий.Твой идеал прекрасного поникПод грузом формалистских притязаний.Твои шедевры, пережившие в веках,Линчуют на торгах аукционов.И как вложенье капитала олигархТебя скупает для своих салонов.Иной неофит, начитавшись книг,Вам скажет, что искусства век измерен.Но, несомненно, тезис сей неверен.Искусство живо, хоть и бледен его лик.И прав был мудрый Гиппократ, конечно,Сказав – жизнь коротка, искусство вечно!

Clavus clavo pellĭtur[2]

Мой дядя не без щеголяньяПремудрость древних уважал,Когда «клин клином вышибал»Наутро после возлиянья.У древних, говорил, учись,Учись искусству врачеванья.И в случае недомоганья,Чем заболел, тем и лечись.Но этот принцип, как основа,Ему однажды не помог,После чего клин клином сноваОн больше вышибать не мог.С тех пор лечусь я аспирином,Чураясь мудрости «клин клином»!

Corda nostra laudus est[3]

Наши сердца больны от любви.Даже если мы этого не замечаем,В осеннюю просинь, в цветение мая,Наши сердца больны от любви.Наши сердца больны от тоски.Если даже себя на иное настроим,В зимнюю слякоть, средь летнего зноя,Наши сердца больны от тоски.Тоски по любви, о которой мечталосьВ кружении вальса в балу новогоднем,Тоски без любви, от которой осталасьЛишь ссохлая роза на пыльном комодеИ некая странно щемящая жалостьК тому, что прошло и навеки уходит.