Мы рассмотрели сначала французский материализм, а затем немецкий идеализм. При всей кажущейся противоположности сравниваемые способы философствования, относящиеся в основном к XVIII в., имеют много общего. Философы XVIII в. в центр своего внимания поставили человека, субъекта, обладающего определенными способностями, среди которых чаще всего выделяли рассудительность, разум, ум. Французские материалисты считали, что всесильный, всепонимающий разум человека позволяет субъекту построить непротиворечивую картину развития бытия, венцом которого выступает сам разум. В соответствии с этой убежденностью философская система строится как восхождение от природных явлений к человеку. Для рассматриваемого пути построения философского знания характерны: онтологизм (приоритетность учения о бытии), эволюционизм (бытие и мысль рассматриваются в эволюции, изменении), непрерывность (считается, что каждая последующая стадия эволюции вытекает из предыдущей), наконец материализм в том смысле, что человек есть итог развития природных, материальных начал.

Трансцендентальный идеализм начинает с описания не идеи, а познающего субъекта. Идея принадлежит субъекту; как таковая, то есть сама по себе, она не может сотворить внешний мир, нечто материальное. Идеальное, по Канту, есть особенность человека, которую никаким образом нельзя вывести из своеобразия природных явлений. Для рассматриваемого подхода характерны: гносеологизм (приоритетность учения о познании), забвение вопроса об эволюции природы к человеку, подчеркивание и всяческое выделение своеобразия человека, внимание к деятельности людей.

Французские материалисты добились успехов в объяснении природных явлений, выработали в противовес теологическому юридическое мировоззрение, идеологически подготовили Великую французскую революцию, проанализировали природу социальнополитических, этических и педагогических явлений. Соответственно Кант и Фихте существенно продвинули вперед понимание человека, его самосознания, активности, свободы и творческой деятельности.

Как видим, каждое из двух основных философских направлений XVIII в. имеет свои достоинства, которые дополняют друг друга. Их желательно было бы обобщить, синтезировать. Эта задача решается уже за пределами XVIII в., на новых этапах развития философии.

Глава 1.6 От философии Гегеля к диалектическому материализму

Философия Гегеля

Кантовская философия дала мощный импульс развитию немецкой философии. Кант исходил из противопоставления субъекта внешнему миру, объекту. Уже Фихте стремился преодолеть эту двойственность, считая, что субъект — это единственная основа и мира в целом, и правильной философии. Фридрих Шеллинг также стремился к преодолению двойственности субъект-объект. Он строит свою систему на базисе философии тождества субъекта и объекта. Такой подход, который был детально развит Георгом Гегелем, привел к абсолютному идеализму.

Гегель стремился приблизить философию к науке. Это означало построение философии в форме взаимосвязанных идей. О чем бы ни рассуждал Гегель, он везде видит идеи, им нет преград. Но что такое идея? Разъясняя природу идей, Гегель максимально критически относится к способу философствования, при котором идеи считаются плодом всего лишь субъективной деятельности человека. Идеи Гегеля — это суть вещей, любых, в том числе и понятий. Это суть и объекта, и субъекта. Вот и получается, что противопоставление субъекта и объекта в идее преодолено.

Может быть, гегелевские идеи — это просто химеры, выдуманные философом? Вряд ли. Рациональное истолкование природы гегелевских идей с позиций современной науки может быть таким (другого не видно): идеи, идеальное — это не что иное, как тот уровень реальности, который не есть сами единичные материальные вещи или же мысли людей. Это — родовые реалии, принципы. Законы и принципы существуют объективно, как в присутствии субъекта, так и без него. Субъект понимается в науке на базе законов (идей). Становится понятным, почему Гегель не хочет начинать философствования с субъекта, равно как и с природы. Ведь то и другое само по себе не истинно, они оба — проявления идей. Выходит, что позиция идеализма вполне оправдана самой структурой науки, где законы объясняют единичные явления, а не наоборот — единичные явления объясняют законы.