Читаем Филипп Красивый полностью

Теоретически, студенты там должны были учиться, и, несомненно, время от времени они это делали, но, судя по литературе того времени, они проводили больше времени в тавернах и среди проституток, чем в аудиториях. По словам Псевдо-Боэция студент: "бегает по улицам и площадям, тавернам, комнатам проституток, публичным зрелищам, церемониям и праздникам, публичным трапезам и банкетам, с туманными глазами, свесившимся языком, поникшим духом и неряшливым видом". Все что угодно могло послужить поводом для вспышек бунта, а Левый берег, "Латинский квартал", был ареной столкновений студентов с горожанами и стражниками. Предоставленные сами себе, студенты объединялись в группы по географическому происхождению, а враждующие банды оскорбляли друг друга и дрались: "Англичан называли пьяницами и гордыми павлинами, французов — тщеславными, нежными и женоподобными, германцев — яростными и несдержанными в еде, нормандцев — хвастливыми, пуатевинцев — лицемерами, бургундцев — грубиянами и глупцами, бретонцев — непутевыми бродягами, убившими короля Артура, ломбардцев — скупыми, злыми и трусливыми, римлян — буйными, вечно бунтующими и кусающими ногти, сицилийцев — свирепыми деспотами, брабантцев — кровожадными, грубыми, вороватыми, а фламандцев — расточительными, жадными, мягкотелыми и дряблыми, как масло". Так говорил проповедник Жак де Витри.

Студенты представляли постоянную угрозу общественному порядку. Многочисленные религиозные праздники, характерные для каждого народа, были поводом для выпивки. 6 декабря 1276 года папский легат Симон де Бри отлучил от церкви студентов, предававшихся разврату при таких обстоятельствах. У студентов была игровая площадка, принадлежавшая университету, Pré-aux-Clercs, на краю аббатства Сен-Жермен-де-Пре. В 1278 году монахи, уставшие от шума и беспорядков, сопровождавших празднование Дня Святого Николая, обрушились на студентов с мечами и палками, крича "Смерть, смерть им!" И действительно, студенты, зажатые между стенами аббатства и стенами города, убрались оставив на земле двух убитых и множество раненых. Университет объявил забастовку, и король, который не мог рисковать тем, что преподаватели и студенты покинут столицу, приговорил аббатство снести свои стены и основать две часовни, доходы от которых пойдут на нужды университета.

Однако между дракой и выпивкой некоторые студенты все же учились. Обучение было долгим: обычный курс обучения длился десять лет на факультете искусств, заканчивавшийся бакалавриатом и степенью магистра, затем для самых настойчивых следовали шесть лет специализации по медицине или праву, и еще дольше по теологии, с экзаменами на лицензию и докторскую степень в конце, на которые нельзя было надеяться раньше тридцати пяти лет.

Эти тысячи студентов и десятки преподавателей-профессоров потребляли огромное количество книг и пергамента, поэтому целый сектор парижской экономики работал на интеллектуальный сектор: книготорговцы, пергаментщики, переплетчики и иллюминаторы группировались в районе Сен-Северин, на улице Экривен, которая в конце XIV века стала улицей Паркеминеров. Пергамент покупали на Foire du Lendit,  (ярмарке Ланди) которая проводилась в июне в Сен-Дени: ректор являлся туда во главе процессии с преподавателями и студентами и имел право преимущественной покупки товара, наряду с представителями короля. Вне этих ярмарок торговля пергаментом, регулируемая статутом от 30 октября 1291 года, происходила в монастыре Матуренов, где пергаментщики университета проверяли кожи и устанавливали цены. С 1275 года книготорговцы и издатели должны были дать клятву соблюдать определенные расценки на копирование текстов, а при Филиппе IV университет должен был предоставить список работ, необходимых студентам, и цену, которую нужно было заплатить за копирование каждой из них.

Мастерские переписчиков, которые тогда назывались писарями, также были многочисленны в Иль-де-ла-Сите, поскольку многие из них также работали на королевскую администрацию. В 1300 году их было около тридцати. Текст для копирования, образец, передавался книготорговцу в виде непереплетенных списков, pièces (peciae), которые писцы переписывали и получали плату "поштучно" за лист. Для работ класса люкс в 1300 году в окрестностях Сен-Северина было 17 мастерских иллюминаторов. Некоторые из них были художниками с европейской известностью, например, мастер Оноре Амьенский, который работал на улице Эрембур-де-Бри с 1289 года. Около 1300 года он оформил королевский бревиарий, также сохранились миниатюры сборника по каноническому праву Décretde Gratien, который был куплен у него в 1292 году неким Гийомом за сумму в 40 ливров. Поэтому неудивительно видеть его среди самых облагаемых налогом парижских налогоплательщиков с 1292 по 1300 год. Его зять, Ришар Верденский, также сделал себе имя в этой профессии.