Читаем Фигурное катание. Стальные девочки полностью

– За те почти полтора года, что Каролина не имела возможности выступать, ее финансовое положение рухнуло в ноль. Как бывает в стране, не только в нашей, на нее обрушились все санкции сразу. Она потеряла финансовую поддержку спонсоров, рекламные контракты. К счастью, у Каролины имелось второе образование и профессия – она стала работать надсмотрщиком в тюрьме. Сказала мне как-то, что, если бы она не была служащей полиции, все могло сложиться для нее еще хуже, потому что за допинговые нарушения в Италии предусмотрена тюрьма. При этом Костнер постоянно находила возможность кататься. Если заступала на дежурство в семь утра, то к шести приходила на соседний каток, чтобы никто ее не увидел. Только сейчас она стала получать какую-то мизерную поддержку от федерации. Знаю, что ей оплатили костюмы. А к прошлому сезону она шила костюмы за свой счет. И ездить ко мне на сборы продолжает за свой счет…

Словно предугадав мой следующий вопрос, тренер добавил:

– Знаю, что и сейчас Каролина находится в довольно стесненном финансовом положении. Она, возможно, и хотела бы, но не имеет возможности платить за тренировки.

– Вы сами это поняли или она вам сказала, что не в состоянии платить?

– Такие вещи всегда чувствуются. Когда Костнер впервые попросила разрешения хотя бы на несколько дней приехать ко мне на сбор в Тарту, я сказал тогда менеджеру спортивного лагеря, что Каролина – украшение нашего сбора, и попросил, чтобы с нее вообще не брали денег. Потом в Питер приезжала менеджер итальянки, спрашивала, нельзя ли ей приехать ко мне еще раз хотя бы на несколько занятий. Я дал согласие. Вот так Каро оказалась в наших пенатах. Работать интересно еще и потому, что мне еще не приходилось встречать столь творческого подхода к моей методе. У Каролины сильно развито художественное видение мира, я бы сказал. В своих программах она изысканно точна. И исключительно трудоспособна, что гораздо важнее. Такие спортсмены побеждают не за счет двигательного дара или каких-то особенных методов тренировки, но прежде всего за счет колоссальной собственной работы. Я по-прежнему не беру с Каролины денег. Для меня работа с ней – челлендж, вызов самому себе.

Оценивая первоначальное состояние Костнер, Мишин признался, что работать с фигуристкой он стал без какой бы то ни было надежды восстановить наиболее сложные тройные прыжки – лутц и флип.

– Посмотрите, – говорил мне вполголоса тренер, стоя у борта в Куршевеле. – Когда Каролина приехала в первый раз, то даже каскад сальхов-тулуп делала еле-еле. Сейчас она уверенно исполняет все прыжки, включая лутц, и выполняет этот прыжок лучше всех. Я даже боюсь говорить это вслух, и, конечно же, Каролина пока сильно уступает в надежности нынешним лидерам женского катания, но, если объективно говорить о качестве элементов,

тройной лутц или тройной флип у Костнер один из лучших. Амплитуднее, выразительнее, выше. В чем ее подвиг? Она абсолютно перестроила свою технику, работала над этим совершенно фанатично. Я подвел ее под все свои упражнения, подарил жилет со свистулькой. В конце каждого занятия она по пятнадцать минут в нем работает – свистит. Внутри жилета расположены специальные датчики, которые издают звук. Есть свист – значит, ты все делаешь правильно, свиста нет – ошибка.

Кроме этого я когда-то, еще во времена Алексея Урманова, ввел систему обязательного письменного анализа тренировки: сколько прыжков ты сделал, сколько не сделал. Смысл в том, что человек после тренировки смотрит на цифры и сразу видит эффективность проделанной работы. Даже когда Костнер катается дома в Италии или работает в Торонто с хореографом Лори Никол, которая в этом сезоне поставила Каролине обе программы, она после каждой тренировки шлет мне эсэмэски. И сама высчитывает процент удачных попыток. Эффективность тренировок у нее невероятно высока…

Не сказал тогда Мишин только об одном: с головой погрузившись в работу с итальянкой, он заставлял себя не думать об очень больной для себя теме. Лиза Туктамышева, ставшая после ухода Евгения Плющенко основной ученицей великого наставника, переживала не самые лучшие времена в своей карьере, хотя в 2015-м, после того как его ученица триумфально выиграла чемпионат мира в Шанхае, Алексей Николаевич сказал:

– Думаю, Лиза сейчас и сама понимает, что в какой-то ситуации способна проиграть, но этот проигрыш может оказаться только случайным.

Он ошибался…

* * *

Когда-то, еще работая с Урмановым, Мишин сказал: «Тренер всегда должен видеть конечную задачу, goal, как говорят американцы. А она в спорте одна – выиграть. Вот я прежде всего думаю, что, во-первых, моя программа должна быть безупречной технически, чтобы спортсмен мог с ней победить. Во-вторых, она должна быть предельно удобной для фигуриста, чтобы он мог выполнить ее так, чтобы победить. В-третьих, программа должна понравиться судьям, чтобы они оценили ее максимально высоко и спортсмен, опять же, мог победить».

О том, как обстоят дела у Костнер, он сообщил: