Читаем Fifty And One Step Bac полностью

доставить ему малую толику радости. Да даже

накормить не могу человека, который вчера для меня

устроил невероятное волшебство, которое никогда не

сотрётся из памяти.

Я разворачиваюсь, чтобы подняться на второй этаж и

собрать свои вещи.

— А ну-ка стоять! — грозный оклик заставляет меня

замереть, а саму словно сжаться до размера

лилипута.

— Крошка, ты всё не так поняла. Я не хотел тебя

обидеть, и ты не никчёмная, — уже тише продолжает

он, а я качаю головой на его слова.

— Ты глупая, такая глупая, что мне хочется ударить

тебя по заднице и выбить эту дурь из твоей головы. Я

уверен, что ты миллион раз себя сама избила. Только

вот не было ни единой причины, — он подходит ко мне

и его руки опускаются на мои плечи.

— Я научу тебя, если ты захочешь. Это будет даже

весело и первый раз для меня, как и многое, что

связано с тобой, — шепчет он.

— Зачем тебе это? Зачем, Ник, обучать меня готовке?

Да и, вообще, ты идёшь на уступки, а я ничем не могу

ответить тебе. Потому что мы...да нет никаких нас, — отрицаю я его слова, все свои чувства, ведь я права. У

него нет причин возиться со мной, совершенно

никаких.

— Потому что я хочу. Хочу, поняла? — он крепче

сжимает мои плечи и несильно встряхивает. — Ещё

раз вот такое устроишь, и я за себя не ручаюсь.

Отлуплю тебя, и мне плевать на твою нелюбовь к

этому. Заслужила, потому что только я решаю, ты со

мной или же нет. Только я решаю, уходишь ты или

остаёшься. Только я решаю, хочу я обучать тебя чему-

либо или же для меня это лишнее. Только я буду

решать за себя и за тебя, потому что ты моя. Только

моя, ты под моей ответственностью, под моим крылом, и рискни ещё раз усомниться в моих желаниях. Это

меня злит. И я вряд ли идеальный, это даже

оскорбление. Я умею самое элементарное, потому что

мне пришлось. И я рад, что ты никогда не знала того, что я. Я бы не хотел, чтобы ты хоть когда-то прошла

через мою жизнь. Никогда бы не пожелала такого, даже самому лютому врагу. Поэтому, крошка, не

позволяй мне делать это с тобой, не позволяй мне

по...

Он не успевает договорить, как раздаётся звонок его

мобильного, и он быстро отпускает меня, подходя к

дивану. Я до сих пор стою, раздираемая мыслями о

самой себе и его словами.

— Да, отлично, мы будем готовы, — говорит он в

трубку, и я оборачиваюсь, глубоко вздыхая и

приказывая себе отрезать все эти мысли. Ведь вот он

рядом со мной. И разве важно, как долго это

продлится? Нет. Только бы впитать в себя его ауру и

умереть сладкой смертью в его руках. Дышать его

ароматом и забыть всех вокруг.

— Нам надо собираться. Майкл будет через

пятнадцать минут, позавтракаем в другом месте, — сообщает Ник.

— Куда? — спрашиваю я. — Мы не останемся здесь?

— Нет...потом...когда-нибудь ещё приедем, потеплеет, и я отвезу тебя на остров. Покажу тебе эту надежду, — хмурясь и бегая глазами по всему пространству

комнаты, избегая смотреть на меня, отвечает Ник.

— Мне переодеться в платье?

— Нет, у меня есть для тебя одежда, а Майкл

привезет из квартиры, Лесли собрала, — бросает он, обходя меня и двигаясь к лестнице.

Я следую за ним, замечая, как его спина напряглась, и

под тонкой материей серой кофты играют мышцы. Он

полностью находится в своих раздумьях, я даже

чувствую эту нагнетающую ауру беспокойства, исходящую от него и перетекающую в меня.

— Вот, — Ник указывает на пакет, стоящий рядом с

пуфиком у окна и немедленно выходит из спальни, оставляя меня одну.

Что происходит? Странно, все в его жизни слишком

странно и опасно. Неожиданно прекрасная ночь

превратилась в пасмурное утро, не предвещающее

никакого счастья. Все замечательное стало пеплом

над хмурым городом. Весь залп моей внутренней силы

куда-то исчез, и мне ничего не остаётся, как надеть

тёмно-синие ботинки, подходящие под джинсы, и

пальто в мятных тонах, переложить вещи из сумочки, лежащей на кресле в комнате, в небольшой рюкзачок

и выйти отсюда, отправляясь на поиски Ника.

Спустившись вниз, я сразу же вижу его через открытую

входную дверь о чем-то переговаривающегося с

Майклом. Он просматривает какие-то бумаги, когда я

подхожу к ним.

— Доброе утро, Майкл, — говорю я, и мужчины резко

поворачиваются в мою сторону. Ник сворачивает

листы и передаёт их шоферу, который лишь натянуто

мне улыбается и кивает.

— Поехали, — говорит Ник, открывая дверцу новой

машины, которую я ещё не видела. Белый рендж

ровер спорт, и я внутри чувствую чистейший аромат

кожи, словно её купили буквально только что.

Ник сидит рядом, смотря в окно, и даже не делает

попыток заговорить, только музыка, накатывающая сон

и скуку, звучит вокруг нас.

— Что происходит? — тихо спрашиваю я, придвигаясь

к нему.

— Всё хорошо, мы едем дальше по моему плану.

Завтракать, — не поворачиваясь, отвечает он и снова

берётся за телефон, что-то читая и проверяя.

Меня такая обстановка начинает бесить, и я открываю

рюкзак, доставая свой блекберри, и вижу два

пропущенных от Марка и сообщение.

«Привет. У тебя все хорошо? План до воскресенья в

силе?», — читаю я.

«Привет. Да, до воскресенья. Спасибо», — отвечаю

ему и кладу обратно в рюкзак, откидываясь на сиденье

и смотря бессмысленным взглядом в окно.

Я чувствую, что Майкл едет на скорости выше