Многозначительно то, что интервью Фрея Бетто стало бестселлером в Латинской Америке. Действительно, призыв Кастро к союзу между христианами и коммунистами и его кампания по долгу стран «третьего мира» имели широкий нравственный резонанс в Латинской Америке. Его широко опубликованные слова о нищете, эксплуатации, подавлении и национализме нашли отклик у многих далеко за пределами небольшого круга «левых». В отличие от большинства других латиноамериканских государственных деятелей, Кастро свободно выражал общераспространенное отвращение к США. В самом деле, он сознательно выражал антиколониальное мышление Латинской Америки и стран «третьего мира». Обязательство Кубы по отношению к делам стран «третьего мира» было очевидным по ее довольно большой помощи народам во многих частях света. Популярностью Кастро был обязан не только тому, что он сказал, по и тому, как он сказал это. Его сила красноречия и высокопарный стиль покорили воображение мировых средств массовой информации и обеспечили получение Кубой внимания, несоизмеримого с ее международной значимостью.

Однако влияние Кастро за рубежом сильно сокращалось из-за восприятия Кубы как советского заменителя. Хотя на самом деле кубинские лидеры не могли независимо от Москвы действовать во внешней политике. К тому же собственные внутренние проблемы Кубы показали, что она не является образцом, которому надо подражать в каком-либо другом месте. Действительно, в середине 80-х гг. Кастро почувствовал необходимость обратить свое внимание на внутреннюю политику и повернуть свои усилия на разрешение растущих внутренних противоречий Революции.

Глава 8

ВЫПРЯМЛЕНИЕ КУРСА

В феврале 1986 года Кастро предстал перед делегатами третьего съезда Кубинской Коммунистической партии, чтобы начать новое наступление на внутреннем фронте, тяжеловесно озаглавленное «Исправление ошибок и отрицательных отклонений». Это ознаменовало его возвращение в центр политической арены на Кубе после десятилетия или около этого, когда его присутствие на внутренней сцене было не так явно. В своей речи он затронул вопросы либерализации экономики, нападал на коррупцию, корпоративизм, материализм и эгоистичность в кубинском обществе, понуждал к большей производительности и уменьшению расходов для возвращения к уравнительным нравственным ценностям. Короче говоря, Кастро призывал к большим жертвам со стороны кубинского народа.

Прямой подоплекой новой кампании стало ухудшение экономической ситуации на Кубе в середине 80-х гг. После разочаровывающего роста ставок в 60-е гг. экономика в следующем десятилетии выздоровела. В первой половине 70-х гг. ВВП в среднем вырос на 14,8 %, упав до ежегодных 4,6 % между 1976 и 1979 годами. Однако с середины 80-х гг. очевидным стал резкий спад, обостренный неблагоприятными погодными условиями, низкой производительностью, недостаточным планированием, экономической блокадой со стороны администрации Рейгана. К 1986 году Куба имела рекордный дефицит в 199 миллионов долларов и внешний долг в 3,87 миллиарда долларов, что на 6,9 % выше, чем в 1985 году, тогда как ВВП вырос всего на 1,4 % по сравнению с предыдущим годом. К тому же уменьшился кредит с Запада из-за неспособности оплатить около 6 миллиардов долларов накопившегося долга[188].