— Мы уже несколько часов могли бы заниматься исчезновением девочки, — согласился я. — Кошмар какой-то! Ситуация лишь осложняется.

— Сегодня вечером нам выдается отличная возможность что-нибудь разузнать. Если мы попадем на вечеринку, то есть проникнем в дом магов. Ты как? — шепотом спросила Джамилла. — Я рискнула бы. В любом случае все, кто явится на бал, будут в костюмах. Что мешает принарядиться и кому-нибудь из нас?

Взгляд Кайла устремился прямо на меня и Джамиллу.

— Можно начинать собрание?

— Его собрание, — едва слышно прошептала Джамилла.

Я не понимал, почему она так сильно невзлюбила Кайла. А впрочем, в последнее время он и впрямь вел себя странно. Наверное, до чертиков устал от этого расследования. Или от чего-то еще.

— Скажи ему про вечеринку, — прошептала Джамилла. — Тебя он послушает, особенно сейчас, когда пропала девушка.

— Сомневаюсь. А вообще-то чего мне бояться? Увольнения?

Джамилла резко повернула голову и смело взглянула на Кайла.

— Мне кажется, кто-то из нас должен проникнуть на бал, устраиваемый сегодня магами. В любом случае мы ничего не потеряем. Не исключено, что и пропавшая девушка окажется там.

Кайл заколебался.

— Пожалуй, вы правы. Надо взглянуть на этот дом изнутри.

Глава 71

Такое могло произойти исключительно в Новом Орлеане.

Большую часть дня я потратил на разыскивание парочки отпечатанных приглашений на бал, потом мы с Джамиллой занимались подготовкой костюмов. Начато мероприятия планировалось на полночь, но мне сказали, что основная масса приглашенных приедет в дом магов лишь ближе к двум.

К особняку Дэниела и Чарлза мы приблизились в третьем часу утра. Некоторые из пожаловавших к фокусникам гостей были студенческого возраста, кое-кто даже моложе, но большая часть собравшихся в их доме людей выглядели на тридцать и старше. Многие приехали на роскошных машинах. Наряды окружающих приковывали взгляд: старинные сюртуки и цилиндры, бархатные платья викторианского периода, корсеты, трости, диадемы.

Готы — мужского и женского пола — явились на вечеринку облаченными в черную кожу и бархат; кое-кто из дам украсил их белыми и черными кружевами. Тут и там мелькали серьги в ушах, на лицах и в пупках, ошейники в заклепках, накрашенные черным губы и тонны туши на ресницах как женщин, так и мужчин.

Глаза в светящихся красных линзах смотрели на тебя, казалось, отовсюду. Заставить себя не пялиться на них удавалось с большим трудом. По всему дому из скрытых динамиков звучала песня «Пистол грип памп». Изо ртов торчали клыки, а шеи некоторых из женщин, наверное, со следами укусов, были обвязаны черными или фиолетовыми бархатными ленточками.

Мой интерес возрастал с каждой минутой. Народ обращался друг к другу напыщенно: сэр Николас, миссис Энн, баронесса принц Уильям, мастер Ормсон. Проплывавшая мимо нас женщина смерила Джамиллу нахальным взглядом. Она была оплетена какими-то ремнями бронзового цвета, все тело покрывала бронзовая краска. В воздухе пахло металлом, кровью, выделанной кожей и маслом из настенных факелов.

Джамилла держалась превосходно. Она явилась на празднество в плотно облегающем фигуру черном кожаном платье, высоких ботинках, черных чулках и купленных в магазинчике на Дюмейн-стрит кожаных браслетах. Губы она накрасила приобретенной там же черной помадой. Я наряжался с ее помощью: для меня выбрали сюртук с полами до земли, галстук, черные брюки и черные кожаные ботинки до колен.

Никто не обращал на нас особого внимания. Мы обошли первый этаж и двинулись со всей толпой вниз, в подвал. Повсюду на каменных стенах здесь горели факелы. Пол был кое-где каменным, кое-где глиняным. Пахло сыростью и плесенью.

— О Господи, Алекс... — прошептала Джамилла мне на ухо, с силой сжимая мою руку. — Если бы я не стояла сейчас на этом самом месте, то, наверное, никогда не поверила бы, что подобные вещи — реальность.

Я тоже верил в это с трудом. Большинство людей, собравшихся в подвале, обладали искусственными клыками, и зрелище это нагоняло чудовищный страх. Горели только электросветильники в виде настенных канделябров со свечами и факелы. Я заметил прибитые к стенам черепа и ни на секунду не усомнился, что они настоящие.

На душе становилось все тревожнее. Я принялся осторожно осматриваться по сторонам, размышляя, как в случае чего выбраться отсюда. О легком побеге, по-видимому, не следовало и мечтать. Толпа сгущалась, и я почувствовал, как меня охватывает клаустрофобия. Суждено ли кому-нибудь умереть сегодня в этом доме? Если да, то кому?

Послышался голос:

— Владыка перед вами. Склоните головы.

Глава 72

Похожий на пещеру подвал замер в напряженной тишине. Возникло неприятное ощущение, будто сейчас я увижу то, чего видеть не должен. Перед толпой собравшихся появились Дэниел Эриксон и Чарлз Дефо.

Маги олицетворяли собой сегодня богемное величие. Публика в трепетном благоговении склонила перед ними головы.