Часть такелажа разобрали, сняли переднюю фок-мачту, оголили бак (надстройку на носу корабля). Ванты валялись на палубе, свешивались нижними концами за борта, где, зажатые блоками, крепились в просмоленные руслени. На средней мачте в «вороньем гнезде» разбирали эзельгоф, крепивший верхнюю половину мачты, составленной из двух сосновых стволов. Матросы расшатывали грот-стеньгу Худой невысокий мужчина в дорогом синем кафтане и тонкой белой рубашке, выглядывавшей из прорезей рукавов, присматривал за ремонтом. Провожатый показал пальцем на него, убежал поджидать следующего незнакомца. Облокотившись на поручни юта, сорокалетний капитан разглядывал ярко одетого баска. Хуан Себастьян снял шляпу, вежливо поклонился. Вместо ответа испанец отвернулся.

– Сеньор капитан! – закричал с причала Элькано. – Меня направил к вам адмирал.

Офицер не слышал.

– Я назначен боцманом на «Консепсьон».

– Португалец? – небрежно спросил мужчина.

– Нет.

– Испанец?

– Баск.

– Неплохо… – пробурчал капитан. – Поднимайся на палубу!

Элькано прошел по качавшемуся под ногами трапу, заметил, как из «вороньего гнезда» спустили марсовый фонарь. На палубе грудами валялись старые почерневшие и пожелтевшие паруса, связки канатов, блоки, части фок- и грот-мачты. Гаспар де Кесада ждал на задней кормовой надстройке. Хуан Себастьян увидел нервное остроскулое лицо офицера с жиденькой бородкой. Вокруг маленьких карих глаз веером разбегались морщинки. Обгоревший на солнце прямой красный нос шелушился. На тонких руках блестели золотые перстни.

– Сколько лет плаваешь? – капитан снисходительно посмотрел на боцмана.

– Скоро двадцать.

– На каких судах?

– От рыбачьего баркаса до шестидесятипушечной каракки.

– Твоя прежняя должность?

– Капитан.

– Ого! – удивился Кесада.

– За что разжаловали?

– Я сам попросился в экспедицию.

– Надеетесь разбогатеть?

– Не только.

– Давно знакомы с португальцем?

– С кем? – не понял Элькано.

– С Магелланом?

– Вчера в Индийской палате представлен сеньору капитан-генералу.

– Какой он капитан-генерал! – перебил испанец. – Офицер морской пехоты, возомнивший себя первооткрывателем. Магеллан не плавал даже штурманом. Фортуна повернулась к нему передом… Молодой король еще не научился выбирать достойных людей. А вы видали второго командующего?

– Нет, – сказал Элькано, смущенный откровением Кесады.

– О, вам предстоит завидное знакомство. Этот мореход не отличит ванты от стеньги, бомбарды от фальконета. Путается под ногами, мешает работать, требует отчетов и почестей. На днях заявился в Триан наблюдать за ремонтом. Ничего нет противнее и бесполезнее советов неуча! Капитан-генерал поднялся на «Викторию», – Касада громко захохотал, – разогнал плотников, потребовал к себе капитана. Луис де Мендоса утром отлучился в город, на корабле находился мой слуга Луис де Молино, веселый парень, щеголь и бабник, из хорошей семьи. Луис выбежал из каюты, повел Фалейру осматривать корабль. Инспекция сопровождалась такими пояснениями слуги, что моряки падали от смеха, ведь Луис разбирается в снастях не лучше астролога, но тот остался доволен и отправился давать указания на другие суда, коим его обучили на «Виктории». Представляете, что там творилось?

Элькано вежливо посмеялся, но не поверил капитану. Он знал цену зависти и сплетен.

– Ничего хорошего от такого руководства не жди! – продолжал Кесада. – Зачем король поручил командование португальцам? Разве можно доверять слугам Мануэла? Неужели в Испании перевелись опытные капитаны? – он гордо выпрямился и надменным взглядом окинул палубу— Настали плохие времена, но не беспокойтесь, у нас надежная команда. Кстати, – вспомнил капитан, – отправляйтесь по окрестностям Севильи, наберите десяток крепких моряков. Я боюсь вербовать сброд в порту на Аренале. Среди них шпионы проникнут на корабль, взбунтуют команду. Мы должны подготовиться к любому повороту дела! Вы понимаете меня?

– Не совсем, – признался боцман.

– О, Боже! – спохватился капитан, опасаясь, как бы его откровенность не досталась врагу— Вы ведь испанец…

– Баск, – поправил Хуан Себастьян.

– Это почти одно и то же. Нам надо быть осторожнее с португальскими неучами.

– Вы правы, – согласился Элькано.

– Скажу по секрету, – понизил голос Кесада, – Хуан де Картахена сообщил мне о разногласиях между капитан-генералами. Фалейра жалуется на нас королю, забрасывает придворных письмами. Дону Карлосу надоели дрязги. Возможно, он прогонит звездочета, и место главного контролера займет испанец!

– Кто? – заинтересовался Хуан.

– Есть достойные офицеры, – многозначительно заметил капитан, давая понять, что за ним стоят сильные люди. Для вас тоже откроется дорога на ют, – на «Консепсьоне» нет штурмана. Ваш доход возрастет вдвойне! Я помогу вам.

<p>Глава XVII</p><p>Новые участники плавания</p>