Читаем Фэнтези 2011 полностью

Никогда не поверю, что Мэй случайно не оставила в этих покоях ни единой женской тряпки. Спасибо, сестричка, пожалуй, я воспользуюсь твоим подарком.

— Что такое Испытание?

— Одно из правил. Мэй обязана дать тебе задание и разрешить встречу с женихом, если ты сможешь его выполнить.

Я сел и поманил девушку пальцем. Она подошла, с опаской косясь на меня. Как норовистая, необъезженная кобылка-трехлетка. Когда я заставил ее сесть рядом и дотронулся до нее, Элли побледнела, но не стала вырываться, только спросила шепотом:

— Королева отпустит его?

— Только если он сам захочет уйти. Вот и проверим, насколько убедительной ты умеешь быть.

В конце концов, чего я медлю? Девочка сама предложила. Я провел ладонью по ее шее, погладил ключицу. Левая рука уже легла на восхитительно мягкое полушарие груди. Элли тяжело дышала и смотрела на меня влажными, расширенными от ужаса глазами. Только под тонкой, полупрозрачной кожей дрожала и трепыхалась синяя жилка. Было так тихо, что я мог слышать, как стучит ее сердечко. Я провел пальцем по ее губам, склонился над ней.

— Элвин, милый, прости, что прерываю вашу идиллию, — заговорило зеркало голосом Мэй. Отражение замерцало и пошло кругами, как поверхность водоема, в который бросили камень. Сестра сделала паузу и мерзко хихикнула. — Нам уже накрыли обед на Лазурной террасе, и я боюсь, что сидр выдохнется, а мясо остынет, пока вы будете кувыркаться.

* * *

— Я прямо не узнаю своего братика. Отправиться возвращать какого-то олуха в лоно семьи по просьбе крестьянки! Чем тебя приворожила эта дурочка?

Мы обедали вдвоем, без Элли. После того как Мэй так грубо нарушила наше уединение, девушка не выдержала и все-таки разрыдалась. Я оставил ее всхлипывающей на огромном ложе. Надеюсь, сестрица все-таки распорядится, чтобы пейзаночке выдали какую-нибудь одежду.

— Ее история была такой трогательной, — я кивнул слуге с бутылью, и золотое яблочное вино хлынуло в мой кубок. — Кроме того, появился хороший повод навестить тебя.

— Стареешь, — Мэй покачала изящной головкой, отчего маленькие золотые колокольчики в ее длинных серьгах мелодично зазвенели. — Стареешь, — повторила она с особым наслаждением, словно сама мысль о моей гипотетической старости делала ее счастливее. — Раньше у крестьянских девок не получалось дурить тебя.

— У них и сейчас не… Подожди! — я с подозрением уставился на сестричку. — Ты что-то знаешь?

— «У них и сейчас не», — передразнила она меня. — Ну что, Элвин, каково это — чувствовать себя идиотом?

— Думаю, тебе это ощущение знакомо не понаслышке, — парировал я. — Говори, если тебе есть что сказать.

Мэй отпилила ножом кусочек мяса в тарелке, положила в рот, прожевала, прикрыв глаза.

— Божественно! Попробуй вырезку, Элвин. Так умеют готовить только на Эмайн Аблах.

Она так отчаянно пыталась копировать мои интонации, что стало смешно:

— Не можешь сообщить мне ничего нового, не так ли, дорогая сестрица?

— Могу.

— Тогда говори. Я весь внимание.

Сестра раздраженно отставила столовые приборы:

— Сначала я так и хотела сделать. Но ты же Элвин-умник! Ты никогда не признаешь, что я в чем-то могу превзойти тебя. Честное слово, братец, ты заслуживаешь показательной порки.

— Тебе меня даже не шлепнуть.

— Ты так думаешь? — ее глаза гневно сузились, а ноздри раздулись. — Что же — давай пари, если не боишься!

— Не боюсь. Как обычно — на желание?

— На желание. — Мэй щелкнула пальцами, и ее губы сами собой сложились в азартную улыбку. Сестричка была так уверена в себе, что я на секунду даже засомневался, перебирая в памяти известные факты и свои догадки. Что я мог упустить?

Поздно. Слуги уже принесли чернила, бумагу, конверты и сургуч. В конце концов, нельзя выигрывать вечно. Пусть все идет свои чередом. Надеюсь, она не потребует Гейла.

Я черкнул несколько слов на листке и скрепил разогретый сургуч своей печатью.

Ставки сделаны.

* * *

В какой бы части Эмайн Аблах ты ни находился, запах яблок будет преследовать тебя. Сады здесь везде. Яблони цветущие, яблони с завязями, яблоки. Ветки клонятся под весом огромных спелых плодов величиной с голову ребенка.

Это особая магия, магия моей любимой сестры — Августы, истинной Королевы Ши. Пока Августа странствует в мире людей, сбежав из кукольного рая, глупая младшая сестренка играет в Регента. И иногда заигрывается.

— Пришли, — выдохнула Элли. — Вон она.

Я проследил за взглядом девушки и действительно увидел Ее. Эта нахалка стояла на нижней ветке одной из старейших яблонь, яблони-патриарха, и бессовестно обгладывала нежные цветочные завязи.

— Хейдрун! — громко возмутился я. — Какого беса ты вытворяешь?! Тебе мало остального леса?

Коза покосилась на меня и очень по-человечьи фыркнула, но объедать дерево не прекратила.

Должен признаться, что я неплохо умею управляться с животными, женщинами и вредными младшими сестрами. Но на Хейдрун мои умения не распространяются. С детства ненавижу эту тварь.

— И что делать? — растерянно спросила Элли.

Я раздраженно пожал плечами, жалея, что вообще согласился сопровождать ее. Готов еще раз поспорить на желание, что Мэй изрядно повеселилась, назначая такое Испытание.