Тяжелая кавалерийская пика, предназначенная для удальцов-кирасиров, в ее руках обрела подвижность атакующей змеи. Едва закончив выпад, Вуча совершила короткий замах — и древко со всей силы подсекло Мусу под коленки. Парень грохнулся навзничь, роняя саблю, ударился спиной и затылком…

Перехватив пику «на обрат», маэстро показала, куда бы она воткнула четырехгранное жало, если бы захотела. И бросила пику усачу, словно оружие ничего не весило.

— Что сделано, то оплачено, — сказала Вуча Эстевен, ни на йоту не повысив голос. — Баш на баш. Ты мне платишь, Муса, я тебя учу. Так устроен мир. Нет доброго, нет злого — есть цель и средства, чтобы ее оплатить. Ты понял меня, Муса Кебир?

У ее ног корчился и стонал человек без сабли.

— Вот и славно, — Вуча кивнула, будто Муса ей ответил. — Можешь продолжать.

— Я приду завтра, — сказал Джеймс Ривердейл, отворачиваясь.

Дама не услышала.

Или сделала вид, что не услышала.

CAPUT VI,

в котором на сцене появляется Высокая Наука, раскрываются секреты личин и мороков, всплывают дела давно минувших дней, и все заканчивается, как обычно — хорошей дракой

Утро выдалось замечательное. Легкий бриз приятно овевал лицо, солнце укрылось тюлевой вуалью облаков, не слепя и не обжигая, а лишь лаская лучами мирных баданденцев и гостей города. Видимо, солнце тоже было заинтересовано в притоке туристов.

На море царил штиль. Сквозь толщу воды, прозрачной, как аквамарин из Рагнарского ущелья, виднелось дно, вплоть до мельчайшей песчинки.

— Халва!!!

— Копченая меч-рыба! Язык отсечет, так вкусно…

— Требуха! Сами режем, сами жарим!

— Халва-а-а!!!

«Утрем нос баданденским сыскарям?» — думал Джеймс, гуляя по набережной и наслаждаясь красотами морского пейзажа. По всему выходило, что утрем, и еще как. Вскоре молодой человек бросил якорь в малолюдном в ранний час духане «Галера Рустем-Хана». Дабы охладить снедавшее душу нетерпение, он заказал ледяной пунш с ромом «Претиозо» и блюдо миндаля, жаренного в меду — после чего предался размышлениям.

Учеников можно в расчет не брать: не тот уровень. Возможно, рябой — кто-то из подмастерьев. Сколько их у Вучи Эстевен? Двое? Трое? Фернана мы видели, и на роль «охотника» парень не годился. Даже в гриме и парике — или под личиной. Слишком молод, слишком прост. Жаль, сегодняшний визит назначен после заката — мало шансов, что нам встретятся другие помощники дамы со шпагой.

Ничего, увидимся позже. Не станут же они прятаться от Джеймса! А если кто-то станет — из этого мы сделаем вполне определенные выводы.

Хуже, если рябой давно закончил обучение и больше не появляется в зале. Тогда придется пускаться в расспросы. И не факт, что замкнутая маэстро станет откровенничать с новым Учеником. Впрочем, не стоит бежать впереди кареты, как любит говаривать дедушка Эрнест.

Всему свое время.

Джеймс сделал глоток пунша. Рассеянно окинул взглядом помещение духана — и встретился глазами с давешним волшебником, который заселялся к Ахмету пять дней назад.

Маг галантно приподнял шляпу, шагнув ближе.

— Доброе утро, сударь. Мы, кажется, живем с вами в одном пансионате?

— Совершенно верно.

— Позвольте представиться: Фортунат Цвях…

— … лучший венатор Реттии. В Бадандене по приглашению, с неофициальным визитом! — Джеймс не смог сдержать довольную улыбку. — Мы с вами земляки, мастер Фортунат.

Он встал и поклонился:

— Джеймс Ривердейл, виконт де Треццо.

— Рад знакомству, виконт. Клянусь Вечным Странником, ваша осведомленность поражает!

Удивление мага польстило молодому человеку. Не так-то просто удивить опытного охотника на демонов!

— У вас свободно? Мы с женой не помешаем?

— Ни в коей мере! Располагайтесь, прошу вас.

Широким жестом Джеймс указал на цветастую тахту напротив себя, словно являлся владельцем духана. Рыжеволосую жену мага он заметил только сейчас. Она с интересом рассматривала интерьер «Галеры»: раковины на полках, корабельные снасти, кружки из олова, бутыли с экзотическими напитками, настоящее штурвальное колесо с рукоятками, отполированными множеством ладоней…

— Моя супруга Мэлис.

— Польщен. Джеймс Ривердейл…

Молодой человек обратил внимание, что зеленый шелк платья Мэлис прекрасно гармонирует с цветом ее глаз, и не преминул сделать даме комплимент по этому поводу. Духанщик, кланяясь, принял заказ: имбирное пиво и острый сыр для венатора, мандариновый сок со льдом и капелькой мараксинового ликера для венаторши — и бесшумно дематериализовался, через пару минут возникнув вновь, с заказом на круглом латунном подносе.

— Вы давно здесь, виконт?

— Две недели.

— В таком случае не порекомендуете ли приличный клуб для семейных людей? Нам посоветовали салон Бербери-ханум…

Джеймс зарделся.

— О, это никак не для семейных людей!

— А казенный парадайз? Тот, что в бухте Абу-ль-Фаварис?