Читаем Фэнтези 2006 полностью

— Тогда вы все умрете, а Уг будет смеяться над пустым алтарем и мертвой деревней, — перебил его Гафур. — Я в любой момент могу уйти, вы — нет. Так что тебе решать, как поступить. Пока же вытаскивай семью из-под пола и уводи. Этот дом больше непригоден для жилья. Его лучше разрушить. Только прежде сожгите все, что может гореть.

Ранним утром следующего дня пятеро воинов в килтах ждали Гафура у дома старейшины. Высокие, мускулистые, с заплетенными в косы рыжими волосами, с лицами, раскрашенными красной краской, они походили на огненных демонов Брагун-Зана. Все были вооружены. Двое прихватили с собой луки и колчаны. Колдун сомневался, что оружие причинит драугру хоть какой-то вред, но не стал ничего говорить. Если железяки придают им уверенность в своих силах — тем лучше.

Ха-зон оказался старше, чем думал Гафур. Ему давно было за тридцать. Широкоплечий, зеленоглазый, с густой опрятной бородой и тонким, едва видимым шрамом на шее. Он был также угрюм и неразговорчив, как его товарищи, но сдисец заметил, что с Ра-тоном тот старается не общаться. Да что там! Они даже не смотрели друг на друга.

— Ты все приготовил? — негромко спросил у северянина колдун.

— Да, — тот и передал магу маленький кожаный мешочек. — Здесь то, что ты просил.

Волосы и ноготь. Отлично. При жизни мертвый любил ту, которую убил, и теперь этим можно воспользоваться. Любовь — прекрасное средство, чтобы обуздать любого. Даже покойника.

— Это свиньи? — Гафур кивнул в сторону двух визжащих мешков.

— Да.

— Их придется взять с собой.

— Мы воины и не будем таскать их у себя на шеях, — процедил один из северян. — Это позор.

— Позором будет, если я оставлю тебя в деревне, а твои товарищи пойдут сражаться, — процедил некромант. — Так что выбор у тебя невелик, дружок. Или ты потащишь свинью на себе, или останешься с ней здесь.

Варвар негодующе заворчал, но поймал суровый взгляд Ра-тона и заткнулся.

Их вышла проводить вся деревня. Женщины, вопреки ожиданиям сдисца, не плакали. Они отпускали сыновей и мужей с улыбкой на лице, молясь, чтобы Уг был с ними. Гафур в который раз отметил — люди севера совсем не такие, как другие. Их души тяжело понять. Казалось, холод настолько закалил их, что превратил в твердую ледяную поверхность. В зеркало, которое не всем показывает отражение.

Когда мужчины перешли реку и впереди показались курганы, колдун повернул на запад.

— Нам на юг, — сказал Ра-тон. — Следы ведут туда.

— Он хочет нас запутать, — отозвался сдисец. — Иди за мной и не беспокойся.

Не вдаваясь в дальнейшие подробности, некромант направился в сторону холмистой гряды. Он знал, куда идти. Даже по прошествии суток в воздухе висел оставленный драугром удушающий след. Конечно же, пятеро рыжеволосых ничего не ощущали, но того, кто смотрел в Бездну, обмануть было непросто. Он знал, что тварь обустроила себе гнездо где-то за холмами.

Свиньи продолжали раздражающе визжать, и Гафур коснулся их сознания, заставляя уснуть. Какое-то время люди шли через поля, заросшие зверобоем и желтоцветом, затем мимо карликовых березок, вокруг которых гулял растревоженный ветерок. Воздух звенел от стрекота насекомых. Возле низкорослых, усыпанных кроваво-красными цветами кустов, нашлась тропинка, ведущая к холмам. Она петляла среди душистого разнотравья, пробежала мимо неглубокого озера с темной торфянистой водой. Берега водоема кишели дикими птицами, а сразу за ним начинался сосновый бор, плавно забиравшийся на высокий отрог.

Гафур решил, что идти напрямик неразумно. Высота не высота, а силы уйдут. Уж проще следовать за тропкой, и быть может, им окажется по пути. Так и случилось. Они вышли к глубокому ручью, впадающему в оставшееся за спинами озеро. Прошли вдоль него и оказались в узкой каменистой балке, заросшей дикой северной малиной, дремучей ежевикой и все теми же колючими кустами с кроваво-красными цветами. Тропка сузилась, превратилась в едва видимую ниточку, но теперь это было не важно. Все видели, что в растительности кто-то протоптал дорогу, и не возникало сомнений, кем этот «кто-то» был.

Ручей, бегущий сверху, оглушительно звенел, прыгал по каменистым острым ступеням, скрывался в зарослях, подлезал под упавшие ветки и стволы. Здесь было прохладно и тенисто — растущие на обрывистых склонах сосны загораживали дорогу солнечному свету. На пути оказалась нависшая над тропой в виде огромного козырька гранитная скала. Здесь ручей срывался вниз маленьким водопадом, и воздух был свеж и прохладен от мириада разлетающихся брызг. Вода падала в небольшой бассейн с торчащими острыми влажными скалами.

Они напились и умылись, а затем свернули направо, начав подниматься по склону. Идти оказалось тяжело, то и дело приходилось хвататься за выступающие из песчаной земли золотистые сосновые корни. Наконец люди оказались на вершине одного из холмов. Сосны здесь были куда выше и прямее, чем на склонах, а трава напоминала густой ковер. В ней, куда ни кинь взгляд, виднелись блестящие рыжеватые шляпки маслят.