Читаем Фэнтези 2005 полностью

— На постоялом дворе искали? — сочувственно вздохнул Черт. — Мой чемодан под кроватью.

Скривил морду черт Фионин, словно ему и вправду воды святой поднесли. Искали, как не искать! Всюду искали, даже в ресторане, где они с гостем водку котлетами заедали. Не шутка ведь — Месяц! Это прежде такие дела сами собой утрясались, а теперь, при новых-то порядках! Того и гляди, из Миргорода позвонят или даже из самой Полтавы. Где Месяц, мол? Кто дал приказ на изъятие, кто в народе ненужные суеверия распускает? А не вредительство ли у вас в наличии?

— Отдай Месяц, а? — уже не приказал — попросил черт Фионин. — Христом-Во… Тьфу ты, с тобою и язык отсохнет!

— Не брал я Месяца! — не выдержал Черт, улыбаясь во всю зубастую свою пасть. — На месте он, смотреть лучше надо. А то говоришь, порядок, порядок…

Зарычал черт Фионин, сжал револьвер в лапе… Но тут в замке ключ повернулся. Открылась дверь, шагнул на порог сам гражданин Сатанюк в красе и силе своей. Реглан кожаный расстегнут, на сапогах яловых то ли грязь, то ли снег с грязью, портфель кожи немецкой под мышкой. Вскочил черт Фионин, руки по швам опустил, замер царским гренадером. Даже не посмотрел на него гражданин Сатанюк, к столу шагнул, плеснул в стакан воды из графина. Хлебнул, поморщился. Мутна вода, давно не меняли.

— Отпусти его!

— Как отп-пустить? — обомлел Фионин, от изумления языком о клыки цепляясь. — Он это, он! Он Месяц украл, я докажу, я его в подвале…

Зарычал гражданин Сатанюк, морду псиную сморщил:

— На месте Месяц, чтоб его! Я в Полтаву звонил. И в Миргород, и в Киев. Всюду на месте, только у нас одних пусто.

— Ну, так… — черт Фионин даже подпрыгнул. — Туча это! Я же говорил: туча! Вот…

Подбежал к окну, отдернул тяжелую штору. Застонал.

— Хоть бы не заметил кто! — вздохнул Сатанюк, без всякой, впрочем, надежды. — Где там! Сами же к бдительности приучали.

— Явление это — астрономическое! — не сдавался черт Фионин. — Скажем, что необъяснимое наукой…

— Вот и будешь объяснять — за кругом Полярным, — перебил Сатанюк и к Черту повернулся: — Слушай, может, договоримся, а?

Не стал Черт отвечать. Встал — да и вышел, о приятеле своем Сартре подумать не забыв. Прав философ, во всем прав! Какой мудрец скажет, доброе ли дело сотворилось — или совсем напротив. С одной стороны, не дали людям Месяцем полюбоваться в Святую ночь, с другой же… Сильна она, экзистенция!

Как в воду глядел гражданин Сатанюк. Заметили в райцентре непотребство, которое с Месяцем приключилось. В ту же ночь на карандаш взяли, а на следующее утро куда следует сообщили. И вправду, не дело: календарь, властью изданный и властью одобренный, Месяцу на небо подняться велит, наука же наша, самая передовая в мире, с этим вполне согласна. А Месяц где? Как народу трудящемуся пояснить? Что в ночь рождественскую, из праздничной в обычную разжалованную, кто-то провокацию устроил, дабы внимание ненужное привлечь? И если бы хоть повсюду, так ведь нет, только в одном нашем райцентре!

Написали, а для верности еще и позвонили. В пекельное же ведомство и звонить нужды нет, сразу узнали, не замешкались. В общем, началось.

Одно спасение имелось — в следующую ночь Месяц народу явить. Иное бы тоже годилось: тучами небо затянуть да на тучи все задним числом и списать. Но только не властен черт над Небом! Это ему не на Земле пакости да мерзости творить. Так что не вышло с тучами — и с Месяцем не получилось. Следующая ночь звездная выдалась, ясная. Над Миргородом Месяц взошел, уже пополневший слегка, и над Полтавой взошел, и над Харьковом. Только над райцентром темно.

Чего уж там гражданин Сатанюк с чертом Фиониным делали, к кому обращались, про то никто не ведает. Говорят, падали нашему Черту в ноги, обещали на любую должность назначить, какой угодно оклад выписать, а вместо железного моста вновь деревянный построить. Что и как отвечал им Черт — неведомо, но только ясно — не помогло.

На третье утро, под самую зарю, загудели моторы. Три черные машины — из самой Полтавы. Выглянули те, что посмелее, в окошки, головой покачали: ну, будет! А когда из первой машины вышел сам товарищ Химерный с маузером в деревянной кобуре на ремне, все понятно и стало. Ведь от Харькова до галицийской границы каждому было ведомо: не страшны товарищу Химерному ни черти, ни бесы, ни прочая нежить, потому как страшнее его самого на нашей земле в те дни никого и не найти.

А еще через неделю в пустой кабинет гражданина Сатанюка нашего Черта и вселили. Незаметно так, без шума. Вселили да попросили шепотом: Месяц на небо верни и больше такого без спросу не твори. А за это живи как знаешь. Хочешь — Сартра из Парижа приглашай, хочешь, самого Эйнштейна из Америки. Только чтобы тихо, тихо…

Согласился Черт — отчего бы на такое не согласиться? Подписал приказ о вступлении в должность и второй подписал — о товарище Клубке, своем новом заместителе. А на следующую ночь Месяц на небе появился. Уже совсем круглый, с червоточиной малой на левом боку. Кто вздохнул облегченно, кто даже перекрестился от несознательности…