Читаем Фэнтези 2003 полностью

— Православие — калька христианства, прикрывшая и исказившая нашу истинную веру. Принятие христианства, равно как и обращение народа в мифологическую марксистскую веру, убило душу наших языческих и ведических верований. Внедрение этих чуждых инородческих идейных систем сопровождалось таким диким насилием, которое даже не с чем сравнить!

Дмитрий с любопытством покосился на Витюшу, ставшего угрюмым и сердитым.

— Ты так близко это принимаешь к сердцу?

— Потому что давно интересуюсь заговором против русской истории и знаю больше, чем другие. Ранние христиане, вторгшиеся на Русь с помощью предательства князя Владимира. — чтоб ему пусто было! — уничтожили всю нашу корневую элиту, все жреческо-волхвовское сословие. Оттого Русь до сих пор не может оправиться, встать с колен. А ведь была величайшим государством в мире!

— Ты имеешь в виду Гиперборею?

— Гиперборея больше миф, нежели реально существовавшая система. Хотя не исключено, что мы действительно являемся потомками гипербореев. Для меня это огромная загадка — почему исчезла гиперборейская система мироустройства, самая справедливая и светлая. Что случилось? Какой катаклизм ее уничтожил?

— Может быть, война с Атлантидой?

Витюша усмехнулся.

— Это всё легенды.

— Легенды не появляются на пустом месте, — возразил Дмитрий. — Дыма без огня не бывает. Вы ведь тоже свой город нашли, проверяя легенду? Хотя насчет христианства я с тобой согласен. Его вековечное клеймо — космополитизм и обрезание национальных корней, это мне еще мой учитель по русбою говорил.

— Плюс беспримерное религиозное самовозвеличивание и фанатизм, — добавил Витюша. — Чего никогда не было у языческой веры.

— Я не знал, что ты язычник.

— Я не язычник, но Иисус Христос — не мой бог! Давай быстрей, а то опоздаем. Самолет ждать не будет, мы и так с трудом уговорили военных летчиков взять нас с собой.

Дмитрий увеличил скорость.

К самолету они прибежали, когда посадка группы закончилась, и у трапа «Ила-76» маялись на холодном ветру один из членов экипажа и Паша Кочергин, заместитель Витюши.

— Наконец-то! Что случилось? — Паша с удивлением уставился на избитое лицо начальника группы.

— Потом расскажу, — оскалился Витюша.

Они забрались в самолет. Трап убрали. Люк закрылся, и самолет порулил к взлетной полосе. Через двадцать минут они были уже в воздухе.

В Челябинске самолет приземлился в девять часов вечера по местному времени.

Здесь отряд Витюши уже ждал фургон экспедиции, и, погрузившись в него, отряд двинулся в ночь, уставший от не слишком комфортного полета и высадки. Разговаривали мало. Кое-как уместившись в салоне «Баргузина», все умолкли и смежили очи. Забылся и Дмитрий, привыкший к «прелестям» походной жизни. Проснулся он от того, что качка и рев мотора прекратились, фургон остановился.

— Приехали, — сообщил Витюша, звонко шлепнув ладонью по борту машины; он уже вылез и разминался снаружи.

Все выбрались из фургона, потягиваясь и поеживаясь.

Наступило утро.

Солнце только-только показалось над слоем тумана, скрывшего восточный горизонт. Над полями и перелесками также возникли столбы и облака тумана, постепенно поднимаясь вверх и редея. Было прохладно и тихо.

Фургон стоял у подножия низкого холма, заросшего пожелтевшей травой и кустарником. Слева под холмом текла небольшая речушка, обрамленная стенами тростника, камыша и осоки. Справа за холмом к горизонту уходила цепочка таких же холмов, превращаясь на пределе видимости в пологие горы. Там начинались отроги Южного Урала.

— Быстро доехали, — заметил Дмитрий, разминая кисти рук.

— От Челябинска всего сто десять километров, — сказал Витюша. — Нам повезло, болота пересохли, везде можно проехать. До ближайшей деревни вообще двенадцать километров.

— Что за деревня?

— Малый Брень называется, — рассмеялся Паша Кочергин. — Тут в округе много таких названий. Есть и Большой Брень, и Змеиный Погост, и Раменье, и даже Острая Лопа.

Засмеялся и Дмитрий.

— Поизощрялись предки с этимологией, давая названия своим поселениям. Интересно, как они называли это городище? Кстати, где оно?

— На холме, — показал рукой Витюша. — Поднимемся, увидишь. А вообще этот холм пользуется в местном народе дурной славой. В середине пятидесятых здесь стояла церковь, но сгорела после грозы. Ее отстроили, она опять сгорела. С тех пор люди называют это место Горелым Лбом и обходят стороной.

— А вы как сюда попали?

— Решили проверить легенду.

— О битве?

— Да, я тебе рассказывал. Ехали искать поле боя, а нашли городище. Ребята, разгружаемся. Я сейчас пришлю остальных на подмогу.

Витюша взял свою сумку и брезентовый сверток, Дмитрий вытащил свое имущество, они поднялись на холм, и Дмитрий увидел панораму древнего города, точнее, его основания, освобожденного почти полностью от верхнего слоя почвы.

Конечно, он видел много археологических раскопов деревень, поселений, городов и памятников архитектуры прошлых столетий в разных концах земного шара, однако здесь находился древнерусский город, строившийся два с половиной тысячелетия назад, и осознание важности открытия захватывало дух.