Читаем Федюнинский полностью

Попытки 40-й сбр двумя батальонами вести наступление на АРЖАНИКИ встречены сильным огневым сопротивлением пр-ка.

Взаимодействующая и поддерживающая авиация свои боевые вылеты произвела с большим опозданием.

Перед рассветом и в течение ночи пр-к производил сильные арт. мин. налеты по боевым порядкам готовившихся к наступлению частей. В течение дня пр-к оказывает упорное сопротивление, опираясь на систему оборонительных сооружений по западному берегу реки САВИНКА.

С 8.00 до 15.00 авиация пр-ка, пользуясь отсутствием прикрытия наших частей с воздуха, производила групповые налеты истребителей и бомбардировщиков — бомбила боевые порядки наступающих частей, чем приковала их на продолжительное время к земле и дальнейшее их движение было приостановлено.

Огнем нашей зенитной артиллерии сбито 5 самолетов и подбито два, взят в плен экипаж, 3 чел., с одного подбитого самолета.

Наши потери в танках по 120-й и 154-й тбр составляют: сгорело средних танков — 7, подбито — 3; сгорело малых танков — 1, подбито — 3.

На остальных участках изменений в положении частей не произошло»[40].

Главные события в первые дни операции происходили на правом фланге, на ржевском направлении, где 9-ю армию генерала Моделя атаковали 31-я и 20-я армии Западного фронта и 30-я и 29-я армии Калининского фронта. Удары производились по сходящимся направлениям с целью окружения противника. Сосед слева, 33-я армия, наступала на Вязьму. 33-я еще не оправилась от весеннего поражения в районе Знаменки и Угры на вяземском направлении, где погибла Западная группировка армии и ее командующий, генерал-лейтенант Ефремов. Не увенчается удачей и этот удар.

Как видно из записи в журнале боевых действий, с самого начала наступления многое пошло не так. Мощное артиллерийское наступление не везде, не на всех участках обеспечило прорыв пехоты и танков. Успешно наступала 3-я гвардейская стрелковая дивизия. Однако при этом соседи не смогли преодолеть не разрушенные артиллерией опорные пункты с их мощной системой огня. Опоздала наша авиация, которая, как правило, в таких случаях приступала к своей работе сразу после того, как смолкала артиллерия. Более того, при запоздалой бомбардировке увеличивалась вероятность воздушного удара по своим, так как наступающая пехота, в случае успеха, достигала уже линии обороны противника. Информация о том, что немецкая артиллерия в ночь перед наступлением производила мощные огневые налеты на изготовившиеся к атаке войска, свидетельствует о том, что немцы, скорее всего, знали о месте и времени этой атаки. Отсутствие истребительного прикрытия с воздуха наземных частей, как видим, позволило немецкой бомбардировочной и штурмовой авиации воздействовать на наши наступающие войска. На некоторых участках наступление было фактически сорвано. Количество потерянных танков было невелико, но то, что абсолютное большинство их сгорело, — еще одно свидетельство в пользу того, что здесь наступления ждали и противотанковую артиллерию разместили на выгодных и заранее пристрелянных позициях. Против наших танкистов работала и погода, а вернее, непогода — дожди, превратившие леса в болота, а луга в озера. В этих обстоятельствах танковые экипажи вынуждены были держаться дорог, насыпей, гатей, возвышенностей. Но там-то их и ждали противотанковые расчеты противника. Дожди и бездорожье загоняли наши танки в ловушки.

В один из дней в расположение штаба 5-й армии прибыл командующий войсками фронта Жуков. Федюнинский доложил обстановку. Жуков выслушал, задал несколько вопросов и повелительно махнул в сторону ревущего фронта:

— Поехали.