Читаем Федюнинский полностью

В этот период стремительного наступления Сибирской армии многие красногвардейцы оказались в плену. Судьба их была горькой. Пленных, как правило, расстреливали или закалывали штыками сразу после боя. Исследователь событий, происходивших в Тюменском уезде в период Гражданской войны, Д. Г. Симонов писал: «Наиболее боеспособными считались чешские легионеры-фронтовики, сибирские казаки и добровольные офицерские формирования. Существовала и определенная особенность, характерная для боевых действий того времени. Попавшие в плен к чехам русские красногвардейцы иногда могли рассчитывать на снисхождение, но чаще их передавали на расправу казакам или офицерам».

В августе 1918 года штаб генерала Гришина-Алмазова издал приказ по войскам Сибирской армии о призыве новобранцев. В этот период три корпуса Сибирской армии — Средне-Сибирский, Степной Сибирский и Уральский — насчитывали 40 700 штыков при 51 орудии и 184 пулеметах. Красная армия, в первых боях потерявшая инициативу из-за неорганизованности, слабой дисциплины и несогласованности действий, начала приходить в себя. Для дальнейшего наступления Сибирской армии требовалось пополнение. Обязательному призыву подлежали офицеры и казаки, призвали и крестьян 1898–1899 годов рождения. Не желая воевать за белых, многие убегали в тайгу. Из Тобольской губернии под знамена Сибирской армии надлежало призвать 45 800 человек, но призвали лишь 30 058 человек. Из Тюменского уезда при разнарядке на 3000 человек набрали 2618.

Ивану Федюнинскому повезло — его год призыву не подлежал. Хотя был уже на очереди.

Вскоре военная власть в Сибири перешла к адмиралу А. В. Колчаку. Но летом 1919 года колчаковцев начали теснить на восток. Красная армия окрепла, предприняла ряд успешных наступательных операций и начала двигаться. Отступление белых и наступление красных шло все по той же оси Транссибирской магистрали. Уходила из родных мест и 4-я Сибирская стрелковая дивизия, сформированная из тоболяков, тюменцев, курганцев. Дивизия участвовала в «Сибирском ледяном походе», в начале 1920 года ушла в Забайкалье. Поредевшая в боях, она вскоре была сведена в полк, а после поражения от войск Дальневосточной республики ушла в Китай и там растворилась.

Советская власть вновь возвратилась в Тюменский уезд. Начался призыв в Красную армию. 24 декабря 1919 года семья Федюнинских играла проводы. Девчата озорно пели, подбадривая гармониста:


Как родная меня мать провожала,Тут и вся моя родня набежала:А куда ж ты, паренек? А куда ты?Не ходил бы ты, Ванёк, во солдаты!В Красной армии штыки, чай, найдутся.Без тебя большевики обойдутся.Поневоле ты идешь? Аль с охоты?Ваня, Ваня, пропадешь ни за что ты!


Биографы пишут, что в Красную армию Иван Федюнинский записался добровольно. Так ли это, или будущий красный командир был просто призван, поскольку подошел его год, узнать доподлинно не представляется возможным. Многие генералы и маршалы, заполняя для кадров анкеты, писали, что в РККА вступили добровольно, чтобы с оружием в руках защищать молодую советскую власть. Надо было делать карьеру в армии. А времена наступили суровые — людей «с прошлым» увольняли из кадров РККА, а то и передавали в руки НКВД, арестовывали, сажали, расстреливали. В таких обстоятельствах приходилось подправлять биографию, подчеркивать свою лояльность советской власти и делу большевиков.

Исследователи Гражданской войны в Западной Сибири и, в частности, в Тобольской губернии, ссылаясь на документы информационно-агитационного отдела МВД Временного Сибирского правительства (существовал и такой), свидетельствуют: население Сибири в своих симпатиях и антипатиях между красными и белыми разделялось на три основные группы. Первая, активно антисоветская, — 25–30 процентов — состояла преимущественно из пожилых зажиточных крестьян, по большевистской терминологии — кулаков. Вторая, активно проболыпевистская, — 10–15 процентов — состояла из бывших фронтовиков, безземельных крестьян, бедняков и «хулиганствующей молодежи». Третья — «болото», как теперь называют массу, пассивно относящуюся к политике. Люди, которые после свержения царя никому из претендентов на власть не верили, а жили своей жизнью, пахали землю, занимались домашним хозяйством, отходничали в различных артелях и кормили свои семьи трудом насущным. Эта группа, «индифферентная к тому или иному образу правления», была самой многочисленной и составляла 50–60 процентов. Как покажет история, большевики смогли всколыхнуть это «болото» и победили. И мобилизацию призывников 1900 года рождения под свои знамена проводили в основном именно они.

Так или иначе, в 1920 году Иван Федюнинский был зачислен в 5-ю дивизию, которая вскоре оказалась на Западном фронте.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

1945. Год поБЕДЫ
1945. Год поБЕДЫ

Эта книга завершает 5-томную историю Великой Отечественной РІРѕР№РЅС‹ РѕС' Владимира Бешанова. Это — итог 10-летней работы по переосмыслению советского прошлого, решительная ревизия военных мифов, унаследованных РѕС' сталинского агитпропа, бескомпромиссная полемика с историческим официозом. Это — горькая правда о кровавом 1945-Рј, который был не только годом Победы, но и БЕДЫ — недаром многие события последних месяцев РІРѕР№РЅС‹ до СЃРёС… пор РѕР±С…РѕРґСЏС' молчанием, архивы так и не рассекречены до конца, а самые горькие, «неудобные» и болезненные РІРѕРїСЂРѕСЃС‹ по сей день остаются без ответов:Когда на самом деле закончилась Великая Отечественная РІРѕР№на? Почему Берлин не был РІР·СЏС' в феврале 1945 года и пришлось штурмовать его в апреле? Кто в действительности брал Рейхстаг и поднял Знамя Победы? Оправданны ли огромные потери советских танков, брошенных в кровавый хаос уличных боев, и правда ли, что в Берлине сгорела не одна танковая армия? Кого и как освобождали советские РІРѕР№СЃРєР° в Европе? Какова подлинная цена Победы? Р

Владимир Васильевич Бешанов

Военная история / История / Образование и наука
Коммандос
Коммандос

Эта книга не имеет аналогов в отечественной литературе. В ней в сжатом виде изложена история военных и полицейских подразделений специального назначения с времен Первой мировой войны до наших дней. В книге рассмотрены все сколько-нибудь значительные операции элитных формирований разных стран мира, ставшие достоянием средств массовой информации. Большинство из них еще не упоминалось на русском языке даже в закрытых изданиях.Составитель является специалистом в области разведывательно-диверсионной деятельности. Это позволило ему подобрать такие материалы, которые представляют интерес для профессионалов, и в то же время привлекают самые широкие читательские круги. Вся книга от начала и до конца читается буквально «на одном дыхании».

Дон Миллер , Владимир Геннадьевич Поселягин

Детективы / Публицистика / Военная история / История / Попаданцы / Боевые искусства / Cпецслужбы
Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука