Позже, когда Федюнинский работал над своими мемуарами и читал книгу «Солдатский долг» Рокоссовского, он много думал над тем, что, возможно, прав был Константин Константинович: не следовало торопиться с ликвидацией группы армий «Курляндия» и немецких гарнизонов в Восточной Пруссии. Но у Верховного и Ставки были свои соображения. Уже в Ялте в феврале 1945 года, когда в Ливадийском дворце в очередной раз собрались лидеры «Большой тройки», разгорелась острая дискуссия по польскому вопросу. Всех волновали новые границы Польши. Сталин, думая о послевоенном устройстве мира и предполагая новую Польшу в семье стран социалистической ориентации, настоял на ее западной границе по Одеру и Нейсе. На востоке поляки получали свои компенсации за счет восточных и северо-восточных территорий Германии, включая Данциг и Данцигский коридор. Но договоренности договоренностями, а события на фронтах развивались по своему сценарию и могли в любой момент опрокинуть любые намерения. Сталин торопил своих маршалов, в особенности Рокоссовского: Красная армия должна была как можно быстрее захватить те территории, которые, согласно Ялтинским соглашениям, отходили Польше и СССР. Не допустить возможной высадки англо-американо-канадско-польского десанта на побережье Балтийского моря и на островах. Там должны стоять гарнизоны советских войск!

Вот почему армии 2-го Белорусского фронта так стремительно ломали сопротивление немцев во время наступления в Восточной Померании. Вот почему города брали за два-три дня, а то и за сутки. Вперед! Вперед!

Но дело сделано. Погибших зарыли в землю. Польша увеличилась в своих пределах благодаря им и тем живым, которые стояли гарнизонами и гарантировали своим пребыванием нерушимость достигнутых договоренностей в Ялте и в Потсдаме. Гарнизоны спустя годы ушли на восток. А они, русские солдаты, погибшие во время маршей и штурмов, до сих пор стерегут то, за что воевали и умирали. И в этом смысле современная Польша должна быть благодарна им…

Иван Иванович Федюнинский был из тех генералов Красной, а затем Советской армии, кто звезд с неба не срывал. А боевые звезды доставались ему таким же трудом, каким солдату-окопнику доставалась медаль «За отвагу». Он был хорошим командующим армией. Возможно, это не было его потолком. Какое-то время он командовал фронтом, потом был заместителем командующего войсками фронта. И у него получалось и то и другое. Но так сложилось, что всю войну командовал армиями. Таких генералов было много, и о них помнят как о прекрасных полководцах. Такими были генералы Василий Иванович Чуйков, Павел Алексеевич Белов, Александр Васильевич Горбатов. Честные труженики войны, вынесшие со своими солдатами и офицерами и 41-й год, и 42-й, и погнавшие врага с наших земель в 43-м, и осуществившие ряд блестящих операций в 44-м, и победившие в 45-м.

Глава двадцать четвертая

Служба после войны

Еще в июне 1945 года полевое управление 2-го Белорусского фронта было преобразовано в управление Северной группы войск, дислоцированной на территории Польши. Маршал Рокоссовский теперь постоянно находился в Легнице, бывшем прусском Лигнице. Город, отошедший по новому межеванию к Польше, постепенно заселяли поляки из районов, отошедших по тому же межеванию к Советской Украине и Советской Белоруссии. Но большинство в городе все же составляли русские, и Легницу долгие годы называли «Маленькой Москвой».

Согласно директиве Ставки 2-я ударная армия вскоре вошла в Группу советских оккупационных войск в Германии со штаб-квартирой в Шверине. Этот город в Ближней Померании был построен на месте древней славянской крепости Зверин. С острова Рюген войска передислоцировались западнее. В состав 2-й ударной армии вошли: 116-й стрелковый корпус (86, 326 и 321-я стрелковые дивизии); 108-й стрелковый корпус (372, 90, 46-я стрелковые дивизии); 40-й гвардейский стрелковый корпус (101-я, 102-я гвардейские и 272-я стрелковая дивизии).

В группе шла постоянная реорганизация. В 1946 году управление 2-й ударной армии было подключено к созданию Архангельского военного округа. Первоначально округ был создан в 1940 году и просуществовал до 1944 года. И вот теперь его воссоздавали вновь. В округ входили Архангельская, Вологодская области и Коми АССР. В годы войны войска округа обоспечивали оборону побережья Белого моря и безопасность морских караванов на подходах к местам выгрузки и в портах.