Читаем Федералист полностью

Перенесем наши изыскания ближе к родному дому. Пример американских штатов, когда они были еще британскими колониями, требует особого внимания и к тому же настолько хорошо известен, что тут не понадобится много слов. Принцип представительства – по крайней мере в одной из ветвей законодательной власти – был принят во всех штатах. Но промежутки между очередными выборами были различны. Они колебались от одного до семи лет. Есть ли у нас хотя бы малейшее основание заключать из состояния духа и поведения дореволюционных представителей, будто двухгодичный срок опасен для наших свобод? Состояние духа, насколько оно проявилось в начале войны, сокрушило все преграды к независимости и может служить лучшим доказательством того, что достаточно было глотка свободы, чтобы пробудить чувство ценности ее и горячее желание добиться должного ее расширения. Это замечание остается в силе не столько в отношении тех бывших колоний, где выборы происходили весьма нечасто, сколько тех, где выборы проводились очень часто. Именно Виргиния первой оказала сопротивление узурпациям британского парламента; именно Виргиния первой совершила публичный акт, Которым заявила о решимости обрести независимость. Тем не менее в Виргинии – если только мои сведения верны – выборы при ее прежнем правительстве проводились раз в семь лет. Я привожу этот пример отнюдь не для того, чтобы утверждать особые достоинства такого порядка – приоритет в таких случаях, скорее всего, случаен, [c.355] и еще менее для того, чтобы утверждать преимущество выборов раз в семь лет, ибо по сравнению с более частыми они мало приемлемы, но как доказательство того – и, полагаю, весьма убедительное доказательство, – что свободам, завоеванным народом, никак не могут угрожать выборы, проводимые раз в два года.


Заключение, вытекающее из этих примеров, вполне подтверждается также тремя обстоятельствами, о которых следует напомнить. Во-первых, федеральному законодательному корпусу предоставляется лишь часть высшей законодательной власти, тогда как британский парламент облечен ею во всей полноте, и наши колониальные ассамблеи, за немногими исключениями, как и ирландские законодатели, также пользовались ею безраздельно. Всеми принятая и хорошо обоснованная истина гласит: в обычных обстоятельствах чем больше власть, тем короче должен быть срок, на который ее предоставляют, и, наоборот, чем меньше власть, тем безопаснее длить этот срок. Во-вторых, мы уже имели случай (см. статью 46. – Ред.) показать, что федеральная законодательная власть будет ограничена не только зависимостью от народа, как другие законодательные органы, но и, сверх того, за ней будут наблюдать и надзирать несколько добавочно созданных законодательных комитетов, не приставленных к другим законодательным органам. И в-третьих, ни в какое сравнение не идут те средства, которыми будут располагать более постоянные ветви федерального правительства, чтобы отвлечь, будь они к тому расположены, палату представителей от исполнения своего долга перед народом, с теми средствами воздействия на народные представительства, какими владеют другие выше упомянутые ветви правительств. А следственно, имея меньше возможностей злоупотреблять властью, федеральные представители будут, с одной стороны, испытывать меньше искушения это делать, а с другой, находиться под двойным надзором.



Публий [c.356]



КОММЕНТАРИЙ


к статьям № 52–58



Дж. Кук впервые в американской историографии выполнил труднейшую задачу – на основании тонкого анализа содержания, особенностей стиля и сравнения с документами того времени в достаточной степени убедительно закрепил авторство этой группы статей за Мэдисоном. Однако поскольку он не мог игнорировать как указания на авторство Гамильтона, так и многолетние споры историков, рассмотрение вопроса об авторстве каждой статьи заключает фраза, аналогичная концу его комментария к статье 50. Тем самым на нашем уровне знаний подводится итог спорам об авторстве этих статей, которые, как справедливо замечает Дж. Кук, продолжались в течение ста пятидесяти лет. [c.579]



Федералист № 52


Федералист № 53


Федералист № 54


Федералист № 55


Федералист № 56


Федералист № 57


Федералист № 58




Федералист № 53 [52]*


Джеймс Мэдисон



Федералист: Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея. –


М.: Издательская группа “Прогресс” – “Литера”, 1994. – С. 357–363.



Комментарии (О. Л. Степанова): Там же. С. 579.



Февраля 9, 1788 г.



К народу штата Нью-Йорк



Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное