Читаем Фаворитка императора полностью

Одно упоминание об отвратительной сообщнице Франсиса заставило содрогнуться Марианну, уже достаточно угнетенную тем, что должно было произойти. Она ускорила шаги. Через несколько секунд они были на месте. У входа в музей стоял на посту великолепный польский улан, так хорошо сделанный, что Марианне пришлось подойти вплотную, чтобы убедиться в том, что это манекен, а Аркадиус тем временем пошел за билетами. Улан был, впрочем, единственным украшением входа, выглядевшего довольно скромно с его двумя лампионами и зазывалой, неутомимо призывавшим парижан посмотреть «…более настоящих, чем в самом деле», сильных мира сего.

Не без колебаний Марианна вошла в большой зал, мрачный, закопченный, в который свет проникал из нуждавшихся в серьезном уходе окон. Ясный, солнечный день отсюда казался серым, туманным. Это придавало находившимся тут восковым персонажам странную нереальность, которая могла бы быть удручающей, если бы возгласы и смех посетителей не разряжали тоскливую атмосферу.

– Как здесь холодно, – вздрогнув, прошептала Марианна, в то время как они, якобы восхищаясь очень воинственным изображением покойного маршала Ланна, оглядывались вокруг, надеясь увидеть среди этих живых и неживых Франсиса.

– Да, – согласился Жоливаль, – и наш дружок опаздывает.

Марианна ничего не ответила. Ее недомогание усиливалось, возможно, из-за присутствия слишком похожих на оригиналы восковых фигур. Главная группа, занимавшая центр обширного зала, представляла Наполеона за столом со своей семьей. Все Бонапарты были тут: Каролина, Элиза, Полина, суровая госпожа мать во вдовьей вуали, едва ли более негнущаяся, чем ее прообраз. Но больше всего Марианну приводил в замешательство восковой Император. Ее не покидало ощущение, что эти эмалевые глаза могли видеть ее в тот момент, когда она вела себя как заправская заговорщица. У нее появилось желание бросить все и бежать не только от взгляда, но и из-за инстинктивной боязни увидеть Франсиса.

Догадываясь о ее состоянии, Аркадиус подошел к императорскому столу и стал подшучивать:

– Вы не представляете себе, до какой степени этот стол отражает историю Франции. Здесь можно видеть Людовика XV и его высочайшее семейство. Комитет Общественного Спасения и его высочайшее семейство. Директорию и ее высочайшее семейство. Теперь здесь Наполеон и его высочайшее семейство, но вы замечаете, что не хватает Императрицы. Мария-Луиза еще не готова. Впрочем, я не убежден, что для ее изготовления не используют несколько кусков мадам Помпадур, ставшей нежелательной. Зато я убежден, что эти фрукты стоят со времен Людовика XV… пыль тоже должна быть исторической!

Но деланая веселость Жоливаля вызвала у Марианны только слабую улыбку. Где же Франсис? Молодую женщину пугала мысль о его появлении, но, с другой стороны, она хотела скорее покончить с этим и покинуть место, не вызывавшее у нее ничего, кроме неприязни.

И вдруг он оказался здесь. Марианна увидела, как он возник из самого темного угла. Он внезапно показался за ванной, в которой Марат агонизировал под ножом Шарлотты Кордэ, одетый как буржуа, пряча лицо под полями коричневой шляпы и поднятым воротником плаща. Он стремительно направился к молодой женщине и ее спутнику, и Марианна, знавшая его обычную самоуверенность, с некоторым удивлением заметила, что он беспокойно оглядывается вокруг себя.

– Вы пунктуальны, – резко бросил он, не давая себе труда поздороваться.

– Чего нельзя сказать о вас! – сухо отпарировал Аркадиус.

– Я задержался. Прошу извинить. Деньги с вами?

– Деньги-то с нами, – ответил Жоливаль, крепко прижимая к груди портфель. – Но мы не видим, чтобы мадемуазель д'Ассельна сопровождала вас.

– Я верну ее вам позже. Сначала деньги. Кто мне докажет, что они действительно находятся в этом портфеле? – добавил он, указывая пальцем на упомянутый предмет.

– Самое приятное в делах, которые ведешь с людьми вашего пошиба, милорд, это царящая атмосфера доверия. Смотрите сами.

Аркадиус проворно раскрыл портфель, показал пятьдесят векселей на предъявителя по тысяче ливров каждый, быстро закрыл его и снова спрятал под руку.

– Вот так! – спокойно сказал он. – Теперь очередь за вашей пленницей!

Франсис раздраженно взмахнул рукой.

– Позже, я же сказал! Я приведу ее к вам вечером. Сейчас я спешу и не должен задерживаться здесь! Я не чувствую себя тут в безопасности!

Это было заметно. С тех пор как он появился, Марианне не удавалось поймать его взгляд, перебегавший из стороны в сторону. Но теперь и она вмешалась в спор. Положив руку на портфель, словно боясь, что Аркадиус проявит неуместное благородство, она заявила:

– Чем меньше я буду видеть вас, тем лучше для меня. Моя дверь никогда не отворится перед вами. И речи быть не может, чтобы вы появились у меня, один или в чьем-либо обществе. Мы заключили договор. Вы убедились, что с моей стороны он выполнен. Теперь я настаиваю, чтобы вы выполнили его со своей… иначе все останется по-прежнему.

– Что это значит?

– Что вы получите деньги, только когда вернете мою кузину.