Читаем Фаворит полностью

– Жара страшная, ни малейшего дуновения ветерка. Зрителей на автодром пускают бесплатно, их никто не считает, может триста тысяч, может четыреста. Трибуны заполнены еще с утра, и толпа стекается на обочины. Редкие ограждения не спасают, немногочисленные служащие бессильны и вот люди сплошной стеной стоят по краям трассы. Мы понимали, чем это чревато, но на старт вышли. Иначе это неконтролируемое беснующееся море, лишившись зрелища, просто бы уничтожило нас. В гонке зрители развлекались, перебегая трассу прямо под носом летящих машин. Как внушить, что это смертельно опасно? Я думаю не о соперниках, а как бы никого не сбить. Безумный слалом, а не езда. Развязка не заставила себя долго ждать: машину Руджеро вынесло прямо в толпу на бешенной скорости. Представляешь? Как выстрел из гаубицы. Началась дикая давка, машины «скорой» могли добраться места аварии только по трассе, и до конца заезда никто не оказывал пострадавшим помощь. Официально погибло одиннадцать человек, но, говорят, реальное число жертв в несколько раз больше. Думаю, просто не стали травмировать заморских гостей. Я видел после гонки десятки окровавленных, шокированных людей в оборванной одежде, у некоторых были отвратительные открытые переломы. Видел, во что превратились тела – сплошной фарш из мяса и костей. Видел машину Руджеро. Думаешь, красное не видно на красном? Превосходно видно. Весь корпус в отвратительных бурых пятнах. Руджеро, как это ни странно, почти не покалечился. Зато погиб через пол года в пустяковой аварии.

– Ужас, – поежился Лесли, когда дослушал рассказ Невилла. – Но за последние четыре года в Южной Америке многое изменилось. Трассу оцепляют войсками, теперь там даже безопаснее, чем у нас. Говорят, гонка прошла спокойнее некуда.

– Да, я слышал, – рассеянно отозвался Невилл.

Хоть первенство и является мировым, подавляющее большинство этапов проходит исключительно на европейском континенте. Организаторы, правда, включили в зачет самую известную американскую гонку на овальной трассе, но это оказался формальный шаг – европейцы игнорировали заокеанские соревнования, и коллеги под звездно-полосатым штандартом отвечали им тем же. Уж слишком разная техника и подход к гонкам на двух континентах. И вскоре для реального подтверждения мирового статуса в календаре появился южноамериканский этап. Первый опыт, правда, завершился жуткой трагедией, но потом все наладилось.

Гонки – теплолюбивый вид спорта, а в Южном полушарии, как известно, лето начинается, как раз тогда, когда европейские города засыпает снег, поэтому теперь сезон стартовал необычайно рано – в январе. Сразу после нового года команды собирали скарб, грузились на трансатлантические лайнеры и отправлялись в длительное путешествие через океан. Парадокс еще и в том, что к зиме никто, естественно, не успевал подготовить новый болид, и команды стартовали на старой технике, но уже в обновленных составах.

Невилл терпеть не мог пропускать гонки, но в этот раз вынужден был признать правоту рационального мистера Каррагера. Чем тратиться на дорогостоящее путешествие без малейшей гарантии успеха, лучше пустить эти средства на развитие автомобиля. Как ни парадоксально, второй этап начнется лишь спустя пять месяцев – в мае, и тогда, по сути, сезон стартует заново.

– И с расписанием куча сложностей, – посетовал Лесли.

– Да уж, где Суэцкий канал, и где мы? – согласился Невилл. – Вот живем, гоняемся, и не задумываемся, а чтоб мы делали без нефти?

– Перебои с поставками, чтоб их. Некоторые автодромы уже отказались от гонок, – добавил Лесли.

– В страшном сне не представлял, что меня будут интересовать столь далекие от спорта вещи, – хмыкнул Невилл. – Наше дело – сесть за руль и мчать во весь опор.

– Считаешь, чинуши договорятся?

– Не переживай. Найдут компромисс. Хотя календарь сезона очевидно покромсают.

– Лишь бы обошлось без войны, – вздохнул Лесли.

– Переквалифицируемся в пилотов истребителей, как наши предшественники. Что ты побледнел?

– Мистер Рид, Вас ищет шеф, – подбежал один из механиков.

– Не буду заставлять его ждать, – Невилл кивнул напарнику.

В то время как немногочисленные коллеги, что отважились на изнурительное путешествие, паковали вещички в липкой южноамериканской жаре, Невилл пребывал на базе команды в лондонском пригороде, в городке Илфорд. На улице промозгло и сыро, зато в прохладе работается легче. Невилл как никогда чувствовал необычайный прилив энергии и заряд на борьбу – он готов был торчать на заводе целые сутки и ждал с нетерпеньем первой пробы руля. Пускай техническими знаниями он обладал слабо, но верил, что его присутствие и гоночный опыт хоть хотя бы чуточку поспособствуют инженерам при создании болида.