18. Ответ патриарху

Патриарх иерусалимский, который управлял всей апостолической канцелярией, созвал однажды адвокатов, чтобы обсудить какой-то вопрос, и некоторых из них осыпал — не помню какими — резкими упреками. Один из них, Томмазо Бирако, отвечал за всех в очень свободном тоне. Тогда патриарх крикнул ему: „Дурная голова!“ Бирако, который был скор на ответ и обладал большим остроумием, возразил: „Правильно вы говорите и верно: нельзя сказать лучше, ибо, если бы у меня была голова хорошая, дела наши были бы в лучшем состоянии, и не было бы необходимости в этом споре“.— „Значит, ты винишь самого себя“, — сказал патриарх. А тот в ответ: „Не себя, а голову“. Так остроумно вышутил Бирако самого патриарха, который был главою всех адвокатов и голову которого находили немного крепкой.

19. О папе Урбане VI

Другой слегка пошутил над Урбаном VI, который недавно был папою[25]. Однажды, когда он немного резко возражал папе, тот ему сказал: „У тебя дурная голова“. — „Вот это самое говорят о вас в народе, святой отец“, — был ответ.

20. О священнике, который вместо облачения принес епископу каплунов

Епископ Ареццо, по имени Анджело, которого мы знали, созвал однажды свое духовенство на собор и приказал всем, имевшим церковные должности, ехать туда, захватив с собою облачение, которое по-итальянски называется сарре е cotte. Один священник, у которого не было этого облачения, грустно сидел у себя, не зная, откуда его достать. Служанка, которую священник держал в доме, видя, что он сидит задумавшись и с опущенной головой, спросила о причине его огорчения. Священник ей объяснил, что, согласно приказу епископа, он должен отправиться на собор, захватив облачение. „Нет же, добрый мой господин, — заметила она, — вы неправильно поняли смысл этого приказа. Ибо епископ требует, чтобы вы захватили с собою не облачение, а жареных каплунов“[26]. Священник последовал совету женщины. Он взял с собою жареных каплунов и был очень хорошо принят епископом, который, смеясь, сказал, что этот священник понял смысл его приказа гораздо правильнее, чем остальные.

21. О друге моем, который огорчался, что ему предпочитают людей менее достойных

В римской курии почти всегда царит Фортуна, и очень редко прокладывают себе путь талант или добродетель. Всего можно добиться настойчивостью или счастливым случаем, не говоря о деньгах, которые царят повсюду на земле. Один из моих друзей, видя с огорчением, что ему предпочитают людей, которые гораздо ниже его и по знаниям и по нравственным качествам, жаловался на это Анджелотто[27], который был кардиналом св. Марка. Он говорил, что никто не хочет обращать внимания на его достоинства и что людей, которые ни в коем отношении не могут с ним равняться, ставят выше его. Он вспоминал о своем учении и о трудах, на это учение положенных. Кардинал, который был скор на насмешку над пороками курии, сказал: "Здесь ни наука, ни ученость не помогают. Но потерпи и потрать некоторое время на то, чтобы разучиться тому, что ты знаешь, и научиться порокам. Тогда ты встретишь хороший прием у папы".

22. Женщина на берегу По

Две женщины из числа тех, которые предлагают себя нуждающимся в них, ехали на барке в Феррару вместе с несколькими служащими папской курии. На берегу По стояла женщина, которая, увидя куртизанок, сказала клирикам: «Глупые, неужели вы думаете, что в Ферраре не хватит для вас блудниц? Их там больше, чем порядочных женщин в Венеции».

23. Об аббате Сеттимо

Аббат из Сеттимо, человек грузный и толстый, ехал однажды вечером во Флоренцию. По дороге он спросил у одного крестьянина: "Как ты думаешь, проеду я в ворота?" Аббат подразумевал, что успеет ли он добраться до города прежде, чем ворота будут закрыты. Крестьянин, шутливо намекая на толщину аббата, ответил ему: "Ничего, телега с сеном проходит, проедете и вы".

24. О сестре констанцского гражданина, которая забеременела

Чтобы показать, какого рода свободы добивались многие во время Констанцского Собора[28] один благородный епископ из Британии рассказал в многолюдном собрании прелатов такой факт. «Был, — оказал он, — в Констанце гражданин, незамужняя сестра которого забеременела. Когда размеры живота выдали все брату, он, схватив шпагу и делая вид, что хочет нанести ей удар, стал спрашивать, что это и откуда произошло. Тогда девушка в страхе стала кричать, что это дело Собора и что она от него сделалась беременной. Услышав это, брат из страха и уважения к Собору оставил сестру безнаказанной. В то время как другие требовали свободы в иных делах, Собор предпочитал свободу в делах любовных».

25. Слова императора Сигизмунда