Утром за скромным завтраком она осознала, что осталось всего тринадцать дней. Это буквально потрясло ее. Вставая от стола, она думала о том, что живет в мире мечтаний. Если она не будет действовать решительно, предприятие, в которое она втянула свой большой корабль, вскоре развалится. На командном мостике она вызвала Связь.

— Капитан, — сказала она офицеру, ответившему на вызов, находится ли корабль Пятидесяти Солнц в пределах поля верхнего резонанса нашего корабля?

— Нет, леди.

Это была неприятность. Сейчас, когда она приняла решение, ее раздражала каждая неувязка.

— Как только заметите его, доложите руководству боевых секций.

— Слушаюсь.

Теперь настала очередь Арсенала. Офицер, мужчина с гордым лицом, проглотил слюну, когда она объяснила ему, чего хочет.

— Но ведь это выдаст наше самое грозное оружие, — запротестовал он. — Предположим…

— Мы ничего не будем предполагать! — в бешенстве воскликнула она. — В этой ситуации нам нечего терять. Нам не удалось выманить флот Пятидесяти Солнц, поэтому я приказываю схватить этот корабль. Вероятно, все его навигаторы получат приказ совершить самоубийство. Но это мы предотвратим.

Офицер сморщил лоб, обдумывая ее слова, наконец кивнул.

— Опасность заключается в том, что кто-нибудь вне поля может обнаружить его и исследовать. Но если вы считаете, что стоит рискнуть…

Благородная Глория занялась другими делами, но в глубине сознания постоянно помнила об отданном приказе. Никаких новых сведений не было. Не в силах сдержать нетерпение, она вновь соединилась со Связью. Однако корабль Пятидесяти Солнц не появился. На четвертый день даже разговаривать с первым капитаном «Звездного Роя» было невозможно. Но и этот день не принес перемен.

5

— Планета под нами! — сказал адмирал Дрехан. Мелтби проснулся и мгновенно с кошачьей ловкостью вскочил на ноги. По его командам корабль снизился с высоты десяти тысяч миль до тысячи, а потом до ста миль от поверхности. Мелтби изучил район на экране. Затем, хотя он никогда не бывал здесь, память услужливо показала ему фотокарты, виденные очень давно. Теперь «Атмион» направлялся ко входу крупнейшего из туннелей, ведущих к тайной столице гибридников.

Для уверенности он в который уже раз проверил, не видят ли младшие офицеры на своих экранах того, что происходит (под его гипнозом находились четырнадцать высших по званиям и должностям офицеров), и смело направил корабль в туннель. Предводители поддерживающих его группировок были предупреждены о прибытии по радио и заверили, что все будет готово. Однако всегда есть вероятность неудачи.

Вокруг них сомкнулась темнота пещеры. Глядя в ночь перед кораблем, Мелтби положил пальцы на выключатели прожекторов. Внезапно где-то внизу, вдали, сверкнул огонь. Убедившись, что он не гаснет, Мелтби нажал выключатель. Тотчас вспыхнули прожектора, освещая пещеру от пола до потолка. Корабль двинулся вперед, все дальше уходя в глубь планеты. Прошел час, но конца пути не было видно. Туннель извивался то влево, то вправо, то вверх, то вниз. Несколько раз ему казалось, что они возвращаются той же дорогой. Он мог бы следить за курсом по курсографу, но еще до того, как «Атмион» приблизился к планете, его попросили не делать этого. Ему сказали, что никто среди живых не знает, где под оболочкой планеты находится столица. Остальные города гибридников были укрыты точно так же.

Прошло двенадцать часов. Дважды Мелтби передавал управление адмиралу, чтобы немного поспать. Сейчас корабль вел он, а Дрехан спокойно спал в углу на койке.

Тридцать часов! Утомленный непрерывным напряжением, он разбудил Дрехана, а сам лег. Однако едва он закрыл глаза, как тот доложил:

— Перед нами огни, капитан. — Мелтби бросился к приборам, и через пару минут восьмидесятитысячный город был под кораблем. Его предупредили, что никогда корабль такого размера не преодолевал лабиринта, поэтому он будет предметом интереса всех группировок. Включив обычное радио, он прошелся по волнам и услышал: «…итак, Питер Мелтби, наш наследный вождь, временно завладел военным кораблем „Атмион“, чтобы лично убедить тех, кто…» Мелтби выключил приемник. Людей извещали о его прибытии.

Осмотрев город в поисках дома Ханстона, он узнал здание по полученному описанию и остановил «Атмион» точно над ним. Потом сконцентрировал стену энергии на ближайшем перекрестке, и тут же расставил другие барьеры, пока полностью не отрезал весь район. Люди могли войти в него, понятия не имея о ловушке, но выхода уже не было. Невидимая снаружи, изнутри стена светилась красным цветом и прикосновение к ней грозило мощным электрическим ударом. Поскольку Ханстон жил в своей квартире, ускользнуть он не мог.

Мелтби не надеялся, что эта акция решит дело — борьба шла за политическую власть. Применение силы могло повлиять на ее ход, но решить все окончательно только оружием было невозможно. В этой пробе сил сам способ его прибытия давал его противникам мощный аргумент. Смотрите — наверняка скажут они — один гибридник сумел овладеть военным кораблем. Это ли не доказательство нашего превосходства?