Командование группы армий «С» предлагало – оно сдает Италию без боя, а за это американцы должны обеспечить войскам свободный проход в Германию, чтобы они могли сражаться на восточном фронте. Правда, Вольф превысил свои полномочия. Обнаружив, что американцы настроены дружелюбно, он отбросил и Кессельринга, и Гиммлера, повел собственную игру. Даллесу сговорчивый эсэсовец тоже понравился. Они настолько увлеклись, что принялись составлять списки будущего германского правительства (для Вольфа застолбили должность министра внутренних дел). Но эти плодотворные встречи были раскрыты советской разведкой. 23 марта и 4 апреля 1945 г. последовали два письма Сталина Рузвельту. Ссориться с Иосифом Виссарионовичем президент США не желал – для Америки договоренности о вступлении СССР в войну против Японии были крайне важными. Даллес и его шеф генерал Донован получили приказ прекратить эту возню.

Но… на самом деле негласное соглашение было заключено. Не только заключено, а выполнено. 9 апреля 1945 г. союзные армии уже в который раз повторили штурм «Готской линии». Как и предполагалось, ослабевшая оборона стала ломаться. Кессельринг распорядился покинуть Италию, отходить за альпийские перевалы. Однако англичане и американцы фактически не помешали немцам эвакуироваться. Не наседали. Медленно продвигались следом, занимая без боев оставленные населенные пункты. Немцы тоже выполняли негласное соглашение. Не безобразничали, ничего не взрывали. Таким образом, реализовалась именно та схема, которую изначально предлагал Кессельринг. Его войска отпустили в Германию!

12. Болгария

В предшествующем разделе уже было показано, что в Болгарии роль «фюрера» застолбил для себя царь Борис III. Надо сказать, условия для этого сложились благоприятнейшее – фигура царя была чрезвычайно популярной среди простонародья. Даже чересчур популярной, если учесть: сам Борис не сделал ничегошеньки, чтобы заслужить такую любовь. Но сказывалась патриархальная традиция, крестьяне верили в «доброго царя», возлагали на него самые светлые надежды. Верили, что он способен защитить подданных от беззаконий и злоупотреблений. А Борис, казалось бы, дважды оправдывал подобные надежды! В 1923 г., когда фашистский переворот устроила партия «Демократический сговор» под руководством Цанкова, а также в 1934 г., когда переворот осуществила организация «Звено» во главе с Георгиевым и Беляевым. Оба раза в Болгарии наводился порядок – и наводился именем царя. Администрацию чистили от воров и взяточников, разрабатывались программы по поддержке бедняков.

Однако теперь Цанков и Георгиев очутились в оппозиции. Хотя сам же Георгиев, будучи у руля государства, урезал политические свободы, и оппозиция не играла почти никакой роли. А его товарищ Беляев, взявшийся строить заговор, чуть не поплатился жизнью – смертный приговор ему заменили строгим заключением. Впрочем, сидел он всего четыре года. В 1940 г. попал под амнистию, и царь его помиловал. Вместо разогнанных лидеров, пытавшихся спасать Болгарию, Борис III ставил во главе правительства бесцветных исполнителей собственных указаний. Народное собрание (парламент) царь восстановил. Но заведомо обеспечил послушное большинство, отныне этот орган лишь утверждал то, что спускается «сверху». Талантами «фюрера» – зажигать народ, призывать его куда-либо, – Борис не обладал. Да и зачем? Он полагал, что подданные обязаны в любом случае следовать воле царя. Но политикой страны он принялся рулить самолично. И зарулил – в объятия к немцам.

В 1940 г. после целого ряда сереньких и малозначащих фигур царь впервые назначил энергичного и инициативного премьер-министра – Богдана Филова. Выбрал его за ярко выраженные симпатии к нацизму. Филов издавал журнал «Родина», где взахлеб пропагандировал идеи Гитлера, пытался приложить их к болгарской действительности. Возглавив правительство, Филов замелькал с визитами в Берлине, Риме, Вене. Быстро подготовил и подписал договоры о вступлении в Тройственный пакт и Антикоминтерновский пакт. Болгария заключила с фюрером военный союз, экономические соглашения. Пропускала перевозки войск через свою территорию. Разрешала даже охрану железных дорог немецкими гарнизонами.

Посыпались и плоды сотрудничества. В 1940 г. Германия и Италия отдали болгарам Южную Добруджу, изъятую у румын. В 1941 г. подарили Македонию – и югославские, и греческие районы. Перевооружалась болгарская армия. Вместе с немцами участвовала в операциях на Балканах. Помощником Филова в этих преобразованиях стал еще один ярый германофил, генерал Михов. Его поставили военным министром.