Читаем Фашистская Европа полностью

Чешские солдаты и танки повернули навстречу им. С обеих сторон поднялась авиация, бомбила не только боевые порядки, но и города. Дрались жестоко, число жертв осталось неизвестным, но немцы только через неделю смогли примирить враждующие стороны. Причем заявление ОУН, что она является «отобранной Германией политической боевой группой», оказалось весьма опрометчивым. С ее интересами немцы совершенно не посчитались и достигли взаимопонимания именно за счет Закарпатской Украины. Ее разделили. Восточные районы отдали венграм, западные – словакам.

При этом Словакии подсказали заключить союз с Германией, за это ее взяли под покровительство – фактически она превратилась в марионетку Берлина.

Разбитых «карпатских стрельцов» утешили лишь отчасти. Эвакуировали за границу, отобрали из них лучших, и на базе около Мюнхена из них был сформирован «Украинский легион», подчиненный абверу. По фамилии командира его еще называли «Легионом Сушко». Ну а венгров германские посредники подбодрили – если они будут дружить с Гитлером, получат гораздо больше. Возвратят территории, отошедшие к Румынии, Югославии… Такие перспективы попали на самую благодатную почву. Вся Венгрия возбудилась реваншистскими настроениями. Партии и газеты взахлеб выплескивали химеры «Великой Венгрии». Снова будоражилось недовольство против евреев. Поднималась и давняя, многовековая вражда к славянам. Но для таких распалившихся мечтателей режим Хорти выглядел уже слишком вялым. Они тянулись к Салаши. На выборах 28 мая 1939 г. «Скрещенные стрелы» набрали 18 % голосов. Завоевали 49 мест в парламенте, вышли на второе место!

Правда, «Единая правительственная партия» набрала 70 % голосов и 183 мандата. Но для Венгрии с ее жесткими ограничениями успех нилашистов был неслыханным! Мало того, в предместьях Будапешта, населенных рабочими и люмпенами, «Скрещенные стрелы» далеко обошли правящую партию. Она набрала 27,5 % голосов, а нилашисты – 41,7 %. Впрочем, это вовсе не означало, что партия Салаши теперь займет подобающее ей место в парламенте и будет допущена в правительство. Наоборот, Хорти воспринял случившееся как сигнал серьезнейшей опасности для его власти и для Венгрии.

На «Скрещенные стрелы» опять развернулись гонения. Полиция громила штаб-квартиры, выискивала компрометирующие материалы. Добавилось персональное оскорбление. Салаши, выпущенный из тюрьмы, в публичных выступлениях бросил самому Хорти обвинение, что он женат на еврейке и предает интересы Венгрии, подыгрывает масонам. Что ж, Салаши отправился обратно за решетку. А его партия в очередной раз была запрещена. Но и само Будапештское правительство заражалось авантюрами «Великой Венгрии» не хуже салашистов. Разве что не орало об этом на митингах. Оно вступило в Антикоминтерновский пакт, высматривало – где и что можно будет присоединить в союзе с Гитлером.

Обстановка для этого выглядела самой благоприятной. Германия наглела. В марте 1939 г. в одностороннем порядке она указала правительству Литвы, что статус «вольного города» Мемеля ликвидируется. В порт вошли германские корабли, высадили войска. Ни о каких «международных гарантиях» европейская «общественность» вспоминать не стала. Фюрер-то явно продвигался к России. Дипломатические документы США, Франции, Германии, Италии, Польши в один голос отмечали, что «после нейтрализации Чехословакии Германии открыт путь на восток». Надо ли было мешать фюреру?

А Муссолини теперь завидовал Гитлеру. Недавний выскочка глотал одно за другим европейские государства! А дуче сколько лет тужился, провозгласил себя основателем новой Римской империи, и где она? Но Гитлер подсказывал – пускай дуче берет, что ему нужно! Германия поддержит! Муссолини и в самом деле хотелось кое-что прихватить. В первую очередь Албанию. Ранее уже описывалось, какую комбинацию разыграли итальянцы. Сделали королем местного феодала Ахмеда Зогу, который расплатился, признав себя вассалом итальянского короля. Предполагалось, что Албания станет после этого младшим союзником, торговым и сырьевым придатком. Для Зогу выделяли займы на создание армии, на реформы экономики. Министр иностранных дел Чиано самолично выступал представителем итальянских корпораций, пытаясь наладить в Албании нефтедобывающую промышленность.

Но куда там! Зогу оказался легкомысленным авантюристом и вором. Он отлично научился «доить» Италию, однако все займы транжирил на личные нужды. Он не мог даже навести порядок в стране. Другие кланы феодалов возмущались: почему власть досталась именно ему? Возникали заговоры, мятежи. Мало того, назанимав денег в Италии, Зогу вздумал вырваться из-под ее влияния. Повел переговоры, выпрашивая новые займы в Югославии, Греции, Франции. В Риме поняли, что крепко ошиблись. Задавались вопросом: а зачем вообще нужен Зогу? Не проще ли оккупировать Албанию и управлять ею напрямую?