Читаем Фантазм полностью

Офелия сглотнула. Как и с первым Призраком, она не могла видеть этого нового незнакомца, но чувствовала его присутствие. И оно было совершенно другим.

Чем ближе он подходил, тем дальше разливалось электрическое напряжение по её коже, лаская каждый открытый участок, заставляя мурашки появляться на предплечьях и ногах. Когда… другие части её тела тоже начали реагировать на это странное, тёплое ощущение, она вспыхнула от смущения и поспешила обхватить себя руками.

— Ты заблудилась? — спросил второй незнакомец с оттенком юмора в голосе.

Не смотри во тьму, если она смотрит на тебя. Но она не могла сдержаться. Что-то удерживало её на месте.

— Нет? — прошептала она.

— Ты звучишь очень уверенно, — передразнил незнакомец, подходя ближе.

Она снова прищурилась, пытаясь сделать шаг вперёд, но, как будто натолкнулась на невидимую стену, которая отталкивала её назад.

— Чёрт возьми… — пробормотала она вслух.

— Здесь есть защитные заклинания, — объяснил глубокий голос. — Твоё вторжение их пробудило. Ты не можешь пройти дальше, если не получишь разрешение.

— Как вампир? — пошутила она, но в её голосе всё же звучала нотка серьёзности.

Ей показалось, что незнакомец усмехнулся, когда задал следующий вопрос:

— С кем ты разговаривала до этого?

— Мне показалось, что я видела Призрака…

Воздух у её правого уха вдруг наполнился шёпотом:

— Бу.

Офелия подпрыгнула, почувствовав, как энергия незнакомца теперь обволакивает её еще ближе, заставляя её вспыхнуть ещё сильнее.

Смотря на пустоту перед собой, она пробормотала:

— Призраки такие раздражающие.

— Кто ты? — спросил он, словно не услышал её слов, и его голос стал серьёзнее. — Ты выглядишь так знакомо…

Офелия тяжело вздохнула. Она поняла, что ей придётся привыкнуть к тому, что призраки Нового Орлеана теперь будут часто говорить ей это, ведь её глаза теперь почти точно повторяли глаза Тесс Гримм.

— Что ж, я не вижу тебя, — ответила она. — Так что не могу помочь тебе с выяснением того почему я кажусь «знакомой».

— Жаль, — ответил он. — Ты многое теряешь, не видя моего исключительно красивого лица.

Она с трудом сдержала смех.

— Придётся поверить тебе на слово.

Что-то мягко коснулось её щеки.

— Ангел…

Её брови нахмурились.

— О, нет, я не…

— Какое у тебя имя? — перебил он, требовательно и с новой ноткой отчаяния в голосе.

Офелия не знала почему, но ей вдруг захотелось ответить. Сказать своё имя кому-то новому — или чему-то новому. Кому-то, кто уделял ей внимание, заставляя её сердце биться быстрее, как в её фантазиях. Но она не посмела ответить. Это не была фантазия. Нет, это было слишком реально. А она знала, что в определённых местах, для определённых существ, имена обладали слишком большой силой, чтобы раздавать их просто так.

— Как тебя зовут? — ответила она вопросом на вопрос.

— Ах, умница, — в его голосе прозвучала нотка разочарования, несмотря на похвалу. — Ты явно умнее, чем туристы, которые пытались пробраться сюда. Но ты всё равно бродишь по темноте одна. Разве ты не знаешь, что бывает в темноте?

— Тьма для тех, кто боится смотреть на свои деяния при свете, — автоматически ответила она. Это была одна из фраз, которые часто повторяла её мать.

Незнакомец молчал какое-то время, и лишь стрекот сверчков нарушал тишину ночи. Офелия уже начала сомневаться, не ушёл ли он, если бы не всё ещё ощутимое тепло, окружавшее её. И она поняла, что, возможно, теряет рассудок, раз это тепло казалось ей… приятным. Ей хотелось остаться в нём ещё немного, чтобы не быть такой ужасно, безнадёжно одинокой.

— Тебе стоит поторопиться и вернуться туда, где тебе место, — наконец сказал незнакомец, в его голосе прозвучало предупреждение. — Здесь тебе не место.

— А почему ты здесь? — спросила она. — И кто ты? Почему я тебя не вижу?

— Ни один из этих вопросов не правильный.

Офелия прищурилась, глядя на пустоту перед собой.

— А какой правильный?

Шёпот незнакомца был прямо у неё возле уха:

— Как отсюда выбраться?

Она почувствовала, как сердце застучало так сильно, что, казалось, сейчас вырвется из груди. Но даже эти слова не заставили её ноги сдвинуться с места. Её слишком захватило любопытство. То прикосновение, которое она ощутила на подбородке, теперь скользнуло вдоль линии её челюсти и дальше, к шее и плечу, и она задрожала.

— Что ты имеешь в виду — выбраться? — сдавленно спросила она.

— Я думал, ты знаешь, где находишься? — голос прозвучал с сомнением.

— Это же старый собор, — начала она, но не успела договорить, как осознание пронзило её. Незнакомец тихо засмеялся, когда она, наконец, оторвалась от места и метнулась к воротам, стараясь пролезть обратно.

Заклятия, исчезнувшая церковь, толпа, которую они проезжали в карете, шепоты слухов, газетная статья…

Она пятилась назад, пока её глаза не разглядели сквозь туман огромную готическую усадьбу.

Высокие кованые ворота, возвышавшиеся перед ней, были не менее двадцати футов высотой. Железные прутья переплетались с металлическими шипастыми лозами и украшались чёрными, как оникс, розами. Над левой створкой было написано: «ФАН», буква «Т» разделяла обе двери, а над правой — «АЗМ».

ФАНТАЗМ